Циклопы. Тетралогия

паренька попадали в стометровый радиус восприятия, но не выходили на дистанцию телепатического подавления. Арсений не мог погрузить таджика в глубокий обморок, он был беспомощным зрителем на представлении в театре садистов! И мучился вместе с парнем, внутри собственного сознания ощущал каждую секунду чужой, нечеловеческой боли, корчился, метался, выл, молился Аллаху, Иисусу, Божьей Матери…
   В какой-то момент они оба — паренек и телепат, потеряли сознание.
   Арсений распластался по полу в прихожей, куда забился, увеличивая дистанцию от места пыток…
   П о ч у в с т в о в а л, как на голову обрушился ледяной водопад. Пришел в себя. Отфыркался. И все пошло по кругу.
   …В общей сложности, Журбин сломался где-то через час. У б е д и л себя, что ужас, испытываемый четырнадцатью рабами, слышавшими крики товарища, заливает всю округу волнами чудовищной паники, смывает остальные эманации и делает его задачу — б е с п о л е з н о й! Услышать, почувствовать что-то кроме боли паренька и паники четырнадцати человек, стало совершенно невозможно. Арсений отключил ментальный поиск.
   Он сидел на полу в прихожей. По спине струился холодный пот. Где-то вдалеке, заглушаемый толстой дверью и плотными стеклопакетами, раздавался вой умирающего под пытками человека.
   Сенька крепко-крепко закрыл уши ладонями! Зажмурился!
   На этот раз подействовало. В ушах гремел гул кровотока, шелестело тяжелое, паническое дыхание… Чтобы наверняка забить даже эти звуки, Журбин мысленно запел. Заголосил внутри себя!
   Сколько Сенька просидел, зажимая ладонями уши и зажмуриваясь, он бы не мог сказать. Возможно, полчаса прошло, возможно, пять минут. Он сидел, про себя орал песню о цветущей калине — единственной, что на ум пришла, — и думал о том, что сделает с уродами охранниками, прежде чем уйдет отсюда! Телепат уже поименно знал каждого палача. Знал, кто тут больше всех старался этой ночью и вообще — заслуживает больше остальных! Журбин уже решил, что не оставит их живыми.
   А может быть оставит… Но з д о р о в ы м и эти нелюди уже не будут.
   …Сенька отлепил красные горячие ладони от онемевших ушей, потряс головой и понял, что не может встать на ноги. Перевернувшись на карачки, он по-собачьи двинулся в гостиную, — взглянуть в окно, проверить: кошмар на самом деле закончился или он так оглох, что вовсе перестал хоть что-то слышать?
   Арсений был уже почти у подоконника, когда услышал, как в замке входной двери заскрежетал ключ. Моментально выбросил ментальный луч! Из спальни раздался мягкий сдвоенный шлепок подошв — Тамара-Миранда услышала «гостей» раньше горе-телепата и уже вскочила с постели! Мгновенно отдала приказ ученику, собравшемуся ментально ударить по людям, что стояли на крыльце:
   «Замри, не думай!»
   Ощущая себя размазней и идиотом, Арсений замер в полусидящем положении; в главную комнату дома, из противоположно расположенных дверей заходили люди: из спальни показалась хмурая Тамара-Миранда, из прихожей в гостиную шагнули три мужчины.
   И надо сказать, до приказа наставницы Журбин успел чуть-чуть мазнуть по ним телепатической волной. Понять: впервые в жизни он столкнулся с н а с т о я щ и м телепатическим блоком. Перед вошедшими мужчинами стояла непроницаемая ментальная стена.
   Арсений даже засомневался — а смог бы он вообще уловить их приближение?! Вошедших мужиков как будто кокон накрывал! Огромный, монолитный, похожий на рухнувший с колокольни многотонный колокол из чугуна. Для телепатического зрения команда поисковиков была абсолютно невидимой.
   Но с другой стороны…, и от них ничего не п р о н и к а л о. Журбин осторожно протянул к вошедшим ментальный щуп…
   Колокол накрывал «гостей» непроницаемым с о б е и х сторон куполом. Создавалось впечатление, будто в комнате стоят о б ы ч н ы е люди: высокая хмурая девушка с косой мрачно разглядывает трех широкоплечих мужиков в форменной одежде спецназа. Мужики настороженно следят за малейшими движениями беглецов. Но пока никто на сближение не напрашивается, в рукопашную не собирается.
   Журбин легонько напружинил ноги…
   Миранда всегда хвалила ученика на тренингах: «Молоток ты, Сенька, на лету все схватываешь!» Вот и теперь, приглядевшись к построению защиты, Арсений вообразил, что создает такой же монолитный колокол и резко выпрыгнул вперед и влево!
   Скатился под ноги Тамары-Миранды и замер возле девушки, как пограничный пес Трезор! Накрыл обоих куполом!
   «Миранда, они нас не слышат!»
   «Знаю».
   «Во дворе я почувствовал еще двоих! Это обычные люди. Бойцы из спецподразделения ГРУ!»
   «Вооружены?»
   «Нет».
   «Что и требовалось доказать,