Циклопы. Тетралогия

слегка поджаренный стейк из аргентинской бычка.
   За сутки с небольшим Платон невероятно вымотался! Пришлось перемещаться десять раз. Валера, к счастью, не стал настаивать на получении водительского удостоверения из рук начальника ГИБДД, удовлетворился заместителем. Но выправка т р и д ц а т и ш е с т и разрешений на ношение нарезного оружия, покупка самого оружия и прочая, и прочая, измочалили Извекова до состояния вокзальной швабры! Два часа назад, когда симпатичная официантка нелицеприятно отшила хамоватого Валеру, Силкин многозначительно поглядел на Артема-Платона…
   — Я понял, — угрюмо кивнул Киреев-Извеков. — Через полчаса эта девочка попросит прощения и удовлетворит тебя в подсобке. Так будет хорошо?
   Валера хмыкнул, плотоядно цыкнул зубом. Извекову захотелось тут же придушить гуляку! У Платона уже не было сил на перемещение! Тяжело поднявшись из-за стола, Киреев-Извеков нашел строптивую официантку, прибег к гипнотическому таланту носителя и под гипнозом заставил девушку-гордячку выполнить з а к а з.
   Что удивительно, послушность горожанки произвела на деревенского бандита впечатление больше, чем права, безропотно врученные подполковником ГИБДД. Довольный Валера вернулся за стол, помахал перед Артемом-Платоном салфеткой с начерченным на ней телефонным номером крали в форменном переднике. Выпил. И спросил, глядя на визави серьезно и трезво:
   — Слушай, а тебя, типа, не напрягает, что я крест ношу?
   Извеков мысленно усмехнулся: «Занятный поворот». Валера не был простофилей-тугодумом, а Платон все сделал, чтобы его потенциальный маршал сложил два плюс два и сделал вывод: к нему пришел и сделал предложение н е о б ы ч н ы й ч е л о в е к. А может быть и вовсе…, совсем не ч е л о в е к. Поскольку объяснить события, которым Валера стал свидетелем и участником, невозможно в принципе. Неисчерпаемые денежные средства и нешуточное влияние на высших чиновников не могли объясняться какими-то обычными связями, пусть и на самом Кремлевском верху!
   Валера сделал вывод. И не испугался. Смотрел спокойно, ждал ответа.
   Артем-Платон наклонился над столом, приблизил лицо к сидящему напротив Силкину и произнес свистящим шепотом:
   — Крест, Валера, — фетиш. А мы с тобой деловые люди. Что если для начала я тебе предложу стать губернатором?
   — Местным что ли? — откладывая вилку, усмехнулся Силкин.
   — Можно и местным, — чуть отстраняясь, пожал плечами Артем-Платон. — Но можно и нью-йоркским. Московским. Питерским. На выбор.
   Бандит сглотнул:
   — Ты это в правду?
   — Похоже, я шучу? — невозмутимо произнес Киреев-Извеков. — И губернаторство, Валера, только для начала. Научишься, окрепнешь, я отдам тебе — Россию.
   — Россию? Круто… А что себе возьмешь?
   — Весь мир.
   Силкин наклонил крупную коротко стриженую голову. Покрутил в руках пустую рюмку…
   — А что попросишь за это?..
   — Душу, — усмехнулся Артем-Платон. — Но если будешь мне полезен, то умрешь не скоро. А может быть и НИКОГДА.
   Разумеется, Извеков врал. Закрытого нельзя телепортировать. Но выбирая сладкую приманку для потенциального союзника, Извеков высказал магическое предложение: он предложил БЕССМЕРТИЕ. А за такую цену душу — продают. С потрохами и дыханием.
   Подвыпивший Валера задал уже ожидаемый вопрос:
   — А если я умру, то, типа, в Гиену Огненную попаду?
   — Да тебе и так ее не миновать, Валера. Но со мной…, со мной нигде не страшно.
   — А доказательства?
   — Тебе их было мало? — поднял брови собеседник.
   — Для человека со связями — хватит. Но для… рогатого…
   Артем-Платон устало прикрыл глаза. Извекову до ужаса не хотелось перемещаться, но профукать момент, когда объект полностью готов к вербовке — ошибочно для опытного диверсанта-резидента. Сейчас Валеру можно с легкостью склонить к абсолютному подчинению — готов и размягчен под возлияниями — потом придется снова почву подготавливать.
   Киреев-Извеков открыл глаза и твердо произнес:
   — Я понимаю. Ты хочешь проверить, так ли я всесилен, как говорю. Ну что ж… Выбери в этом зале любого человека, вслух скажи то, что ты хочешь получить…
   Валера не отличился изобретательностью. Скосил глаза на шикарно одетого господина с властными чертами. Через минуту вальяжный тип поднялся из-за стола. Подошел к Силкину и, встав перед ним на колени, произнес:
   — Слушаю вас, мой господин. Какие будут указания?
   Валера приказал ему сплясать камаринского. После чего, сановного чиновника подхватили под руки жена и друг и увели обезумевшего господина вон из ресторана.
   — Доволен? — морщась от нешуточной головной боли, поинтересовался