Циклопы. Тетралогия

   Тело еще плохо слушалось. Без помощи внедренного интеллекта Журбин вообще бы не справился. Но Миранда проследила за гибкостью суставов носителя, Арсений вывернул плечи, согнулся, как червяк, решивший завязаться в узел, и протащился через сомкнутый овал.
   «Уф!»
   «Работай, Сеня! Работай!»
   Кое-как поднявшись, напарники перевернули небольшой матрасик, прикрыли им сырое пятно на земляном полу. И слегка ослабив узел на ногах — так чтобы в случае чего тот мог развязаться от несильного движения — и вновь поменяли положение, вернули руки за спину: до ночи стоит притворяться паиньками.
   Справившись с задачей, Арсений рухнул на тюфяк и в изнеможении закрыл глаза. Его опять подташнивало. И пить хотелось — до сумасшествия! Но подвал был необычным. Здесь не стояли на полках банки с компотами и маринованными огурцами, зато в углу примостился большой, перевернутый котел с толстым слоем нагара на днище. (От подобного соседства Сеньку посещали нехорошие мысли: в таком котле он поместился б полностью без расчленения.) За головой лежал мешок с выпирающими сквозь ткань буграми каких-то корнеплодов.
   Подвал проветривался. У потолка располагалась узкая прорезь зарешеченного оконца, выходящего на двор чуть выше уровня земли. Окно заслоняла густая сочная трава, что разрослась в тени и сырости.
   «Похоже, что Фаина ничего не знает о закрытости родни, — не открывая глаз, принялся рассуждать Арсений. — В прошлый раз, когда мы встретились на капище, с ней были: Егор, Назар и Лазарь. Если она и сегодня возьмет с собой эту троицу, а Самосвала оставит здесь меня охранять, есть надежда взять его под ментальный контроль».
   «Я тоже об этом думала, — согласилась напарница. — Но загадывать рано, давай прикинем, что будем делать в противном случае».
   «Ночью я хочу до Тамары «дотянуться», — чуть смущенно предложил парень. — Если бабушки не будет рядом, ментальный разговор никто не засечет».
   «Толково. Но нельзя недооценивать противника, Журбин, я бы на месте бабушки Тамару усыпила. Подсыпала в чай сонных травок и — баиньки. Так что рассчитывать на помощь Томы мы, увы, не можем».
   «Я ее растолкаю! Дом и половина подворья попадают в мой рабочий радиус, если к ночи буду в норме, я ее разбужу!»
   «Уверен? — хмыкнула Миранда. — Запаришься, Журбин, расталкивать! Наша бабушка — не промах. Деятельная ведьма и толковая. С такой бы в разведку…»
   «А ты меня с ней поменяй, — буркнул напарник. — Напартизанитесь и там и здесь…»
   «Не обижайся. Я объясняю ситуацию — Фаину нельзя недооценивать».
   «Слишком уж увлеченно объясняешь…»
   «А я вообще, Журбин, люблю нетривиальных и сильных соперников».
   «Ага. И возможность прославиться появилась. Вдруг…, слетаешь в никуда и бабка тебя вытащит? Напишешь диссертацию «Что такое «ничто» и как там поживается»».
   Миранда фыркнула:
   «Мне показалось, Журбин, или ты сейчас устроил мне сеанс психотерапии?»
   «Не показалось, — признался телепат, поскольку врать в одной голове невозможно, эмоциональная окраска просвечивается из-за любого блока. — Я ощущаю твой страх, Миранда. Ты пытаешься забить его восхищением и азартом, но ты боишься Фаины».
   «Остерегаюсь. Ты неверно оценил эмоцию. Но все равно — спасибо. Хотя диссертаций на тему колдовства и что с этим делать, у меня уже полный портфель. Вернусь в свое время — прославлюсь, тут ты прав».
   «Возвращение хороший стимул, наставница».
  
   Арсений взмок. Штурмовой цикл статической гимнастики разогрел мышцы, усилил кровоток; получасовое напряжение каждой жилки, заставило выйти с потом шлаки. Вот только руки выше связанных запястий набухли и пульсировали. Если бы Миранда не следила за эластичностью и кровоснабжением сосудов, нормальный человек сейчас бы уже корчился от боли — Егор не совладал с ревностью и не взирая на то, что тело могло достаться ему в безраздельное пользованье, с излишней жесткостью связал запястья.
   «Доберусь до «нареченного», ушатаю к чертовой матери!» — пообещал Арсений и покривился. Миранда старалась, Миранда убирала боль, но руки уже находились в отвратительном состоянии.
   «Потерпи еще немного, Сеня. Скоро нас поить придут, если сами не увидят, что наделали и узел не ослабят — будем развязываться».
   По большому счету, Миранда могла бы справиться с противниками уже и сейчас, с онемевшими руками. Носитель пришел в норму, ноги развязываются от простого напряжения веревки, если перекинуть руки вперед и распустить зубами узел, а после лечь на спину, изображая обморок, то проблем с деревенскими парнями у агентессы хроно-департамента быть не могло. Кто-то обязательно склонится над пленником,