Циклопы. Тетралогия

— Мне надоело таскаться за е г о призраками. Розыски твоих друзей, дорогуша, я считаю нецелесообразной тратой усилий и времени. Такое объяснение тебя удовлетворит?
   — Нет. Что мешает тебе меня обмануть?
   — Ничто. Но как я понимаю, ты в принципе — согласна, так что предлагаю. Первой спрашиваешь ты, я отвечаю честно и рассчитываю на взаимность. Идет?
   Артем-Арсений отвел взгляд. На желтый полог палатки падала тень: у выхода стоял мужчина на плече которого угадывался оружейный ремень и чуть выглядывало дуло автомата. Журбин уже сейчас бы мог попробовать справиться с Иной и выйти наружу… Но если ему предложили информацию в обмен на один единственный вопрос — что сам по себе немаловажен, поскольку высветит коренной интерес Антипода! — то почему бы не рискнуть? Не поиграть в «доверительность»?
   — Извеков — где? — показывая, что готов к уступкам, спросил Журбин.
   — Уехал в город.
— В твоем теле? — довольно сильно поразился телепат. — И зачем тебе это надо? Тем более, что здесь ты, кажется, становишься закрытым телепатом…
   — Только не для себя, — с усмешкой перебила Иная. — Мое тело закрыто для всех, кроме исконного интеллекта, я могу в любой момент вернуться и вышвырнуть Платона.
   Журбин-Киреев задумчиво кивнул. Технологию переброса ему не нужно было объяснять. Но вот самоуверенное заявление Иной «я вышвырну Платона», наводило на размышления… Антипода и Извекова может ждать сюрприз, Журбин подозревал, что «вышвыривания» происходят не по прихоти Тамары, а возможны лишь в зоне действия портала.
   — Тамара, вы уже проводили эксперимент? У тебя уже получалось перемещаться и избавляться от добавочного интеллекта не инструментально?
   — Кончено нет! — фыркнула Тамара-Антипод. — Изъятый один раз Платон уже не смог бы вернуться в мое тело. Он поехал в город за добавочным снаряжением, готовит встречу н а ш е м у м а л ь ч и к у. Он привезет датчики слежения, светошумовые гранаты, ПНВ… Времени у нас мало, для разговора с нужными людьми пришлось уступить Платону тело телепата.
   Киреев-Журбин кивнул: встреча в Н-ске стала неожиданностью и для Извекова. Отправляясь к оврагу он не затарился спецсредствами для обнаружения, слежения и поимки дюже резвого объекта (приборами ночного виденья, к примеру). Сейчас понесся в город — добывать. И делать это лучше в теле человека, способного отдать телепатический приказ хоть начальнику военного склада, хоть криминальному оружейному оптовику.
   С этим все понятно. Платон оцепит окрестности портала датчиками, ловушками и к моменту появления Миранды будет во всеоружии.
   — Где мать Арсения, Тамара? Она — жива?
   — Жива. В надежном месте.
   — Это не ответ. Где вы держите Раису?
   Тамара-Иная поморщилась:
   — В Санкт-Петербурге. В доме на Елисеевской улице, точного адреса я не знаю, Платон оставил ее в живых как заложницу-приманку для Журбина.
   — С ней все в порядке?
   — Относительно, на сколько мне известно. Как носитель она малопригодна, но в случае встречи с Журбиным, Платон надеется ее использовать в качестве живого щита, так что — бережет. — Тамара-Антипод пристально поглядела на «собеседницу»: — Не понимаю, почему тебя так интересует эта женщина? Ничего более существенного не нашла?
   — Нашла. Какое сегодня число?
   — Третий день полнолуния, двадцать восьмое мая.
   Киреев-Журбин присвистнул и пробормотал:
   — Снова месяц пролетел… Вы надеетесь, что Арсений появится уже сегодня?.. Или собираетесь сидеть здесь до следующего полнолуния, до конца июня?!
   Тамара-Иная вновь повела плечом:
   — Платон уверен, что Арсений не будет ждать следующей ночи. Если не дурак, конечно… Он выйдет в тамошнем «сегодня», буквально вслед за нами. Сейчас здесь день и дверь захлопнута. Там — ночь и у Арсения есть несколько часов пока луна стоит на небе. Он выйдет сегодня ночью, Миранда, или не выйдет никогда.
   — То есть? Почему «никогда»?
   — Дорогуша…, — протяжно промяукала Тамара-Антипод, — никак не ожидала от тебя подобного вопроса. После того, ч т о бабушка увидит в доме вернувшись с родовой поляны, за Журбиным такая о х о т а пойдет, что ему либо повезет уйти сегодня… Либо — никогда. Без вариантов. Больше суток Сеня не продержится, и скажу честно — я бы ему и этих суток не дала. Его будут гонять, как бешеную лисицу. И на том поле он — проиграет. Я знаю своих родственников…
   Киреев-Журбин прикрыл глаза и откинулся назад, опираясь на подсунутый под спину рюкзак. Иная коснулась вопроса о котором Миранда попросила Сеньку не думать. «Сама не думаю и тебе не советую», — сказала наставница. Некоторые вещи лучше оставлять за скобками, как факт прискорбный и уже не подлежащий