Циклопы. Тетралогия

прошептала шаманка. — Ты это можешь, умеешь разумы менять…
   От тумана, клубящегося за спиной Фаины отлепилась тонкая веревочная струйка и поползла к Арсению, нацеливаясь явно на ремень, с прикрепленным к нему телепортом…
   — Не надо, Фаина, — глуховато предупредил парень. — Я вижу твои ш т у ч к и. Даже если ты отнимешь у меня устройство, поверь — сама ты с ним не совладаешь, а только навредишь. Телепортом нужно уметь управлять, без с в о е й Тамары он тебе бесполезен.
   Дымчатая струйка растворилась в воздухе, как ее и не было. Ведьма поверила Тому Кого Не Может Быть.
   — Дай нам уйти, Фаина, и обещаю — я вернусь вместе с Тамарой.
   Полные губы колдуньи зазмеились злой ухмылкой:
   — Мне, парень, обещаний мало. Ты мне кровью в этом поклянешься. Готов?
   Фаина еще только проговаривала предложение, а Киреев-Хорн уже шагнул за спину Журбина:
   «Не делай этого! — ударило в затылок Арсения мысленное предостережение от пришелицы. — Ты знаешь, чем грозят такие клятвы!»
   «Знаю. — Три года назад, поклявшийся на ноже другой Фаины парень чуть не умер. — Но если этого не сделать, живыми она нас так и так не выпустит. Даже если я справлюсь с ее колдовскими заморочками, нас расстреляют закрытые».
   «А если ты с п р а в и ш ь с я и мы сразу же уйдем на ту сторону?… Пока она своих людей туда перетащит, мы постараемся уйти…»
   «»Если» недостаточно, Миранда», — перебил Журбин.
   — Я готов, Фаина.
   — Повторяй за мной…
   Слова Фаины п о т е к л и от ее головы извивающимися красно-огненными струями. Широкой дугой, отбрасывая на стены лощины угольные тени. Слова-струи совершали круг над человеком, повторяющим клятву, и втекали в него, как я д в пустой сосуд.
   Клятва была видимой только для двоих. Миранда огненного вихря над напарником не замечала, но впрочем, ощущала удары колдовского ветра по телу носителя.
   Внезапно шторм утих.
   В давящей на уши тишине, голос ведьмы прогремел беспощадным приговором:
   — Я буду ждать мою Тамару до следующего полнолуния. Если ты не приведешь мне внучку, я приду за тобой и ты умрешь. Если не приду, ты все равно — умрешь.
   Рядом с Журбиным мысленно простонала диверсантка:
   «Се-е-еня, а я о чем говорила?! Предупреждала ведь — не играй с ведьмой на ее территории… Обманула сука, дополнения мелким шрифтом, после подписания внесла…»
   Арсений не ответил.
   Словно под управлением опытного театрального светотехника подсветка тумана вновь поменяла окраску: из багрово-черной сделалась зеленоватой, мертвенной. Окутанная болотным свечением ведьма замерла напротив, псы трансформировались в толстых удавов с костистыми наростами на спинах и оплели колдунью. Начали подтаивать… Фаина все сказала и теперь ждала когда люди отправятся выполнять обещание.
   Не отводя глаз от шаманки, Журбин попятился, сделал шаг назад и уткнулся в Киреева-Хорн. Нажал на него…
   Но спина носителя Миранды уперлась в невидимую пружинящую преграду.
   Арсений НАДАВИЛ на Артема-Миранду и ПРОТОЛКНУЛ, стоящего за спиной человека через невидимую дверь!
  
   Артем-Миранда в ы в а л и л с я в светлый день. И сразу увидел сидящую на земле Тамару.
   Безразличная ко всему на свете, укутанная в огромную мужскую куртку девушка сидела в небольшой, присыпанной ворохом прошлогодних листьев ложбинке на склоне оврага.
   Диверсантке хватило одного взгляда на покорную застывшую фигуру чтобы понять, почему ее напарник согласился дать Фаине страшную клятву: Сенька думал только о Тамаре. Он думал лишь о том, что бросившись на выручку напарницы, он оставил одинокую беззащитную девушку в лесу. Тамара могла бы просидеть вот так — укутанная в меховую куртку, без еды и без питья, — сутки, двое…, пять… Она не встала бы и не пошла к селу. Она могла бы просидеть в этой крохотной ложбинке до самой смерти… Неподвижная, немая. Никто не знал, что девушка осталась здесь.
   И потому Журбин — вернулся. Он не мог рисковать, устраивая бойню с родственниками этой девушки. Он выполнил условия Фаины, поставил на кон жизнь и вернулся за любимой.
   Артем-Миранда обернулся.
   Напарника сзади НЕ БЫЛО. За спиной носителя Миранда был сквозной просвет без малейшего признака искажения пространства. В животе Киреева-Хорн неприятно слиплись и оледенели внутренности… Нахлынули предчувствия…
   Журбин — пропал.
   Возможно затерялся в иных измерениях. Провалился глубже или н е д о ш е л. Застрял в каких-то сутках… или в новом, параллельном мире… ищет выход. Плутает, путается! Вдруг, совсем п р о п а л…
   Миранда не успела качественно испугаться за напарника. Арсений шагнул в овраг из ниоткуда.