Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
убивать опять?
– Она убила вчера, – ответил ему Герман, напяливая предмет, оказавшийся прибором ночного видения, на голову. – Сегодня отправится новую жертву искать. Они абы кого не убивают, сначала выбирают, так что волноваться нечего. А пойдет она через окно, не через дверь, для того приблуда и нужна, чтобы ее углядеть. Смотри-ка ты, работает!
– Если бы не работала, я бы тебя кому-нибудь скормил. – Пал Палыч погрозил Герману пальцем. – Сто раз говорено было – раз на тебе контроль за оборудованием, так будь любезен!
И Герман оказался прав. Часа в два ночи темный маленький силуэт ловко выскочил из приоткрытой форточки на седьмом этаже и проворно запрыгал по карнизам.
– А вот теперь – ходу, – тихо сказал своим коллегам Пал Палыч и кинулся к подъезду. – Время дорого!
– Хозяйке-то как всё объясним? – спросил Колька в лифте у Германа. – Не правду же говорить?
– Какой хозяйке? – удивился тот. – Кто ее будить будет, ты что? Она нам спящая нужна.
– Да ее сейчас и пушками не поднимешь. – Вика зевнула. – Темная сущность крови напилась будь здоров, наверняка ее чуть ли не в транс погрузила. Ей это тоже не нужно.
И девушка оказалась права. Герман невероятно ловко открыл дверь отмычками, волей-неволей пошумев и позвенев, они зашли в квартиру – а хозяйка знай сопела носом, не подумав проснуться.
– Вика, за дело, – приказал девушке Пал Палыч. – Герман, давай.
И оперативники перевернули Светлану со спины на живот, вниз лицом. И при этом она тоже не проснулась, только голову чуть повернула в сторону, чтобы дышать было удобнее.
– Полдела сделано. – Пал Палыч провел рукой по лбу. – Теперь осталось эту тварь прикончить – и всё. Вика?
– Рисую, – девушка и в самом деле что-то изображала на полу за спинкой кровати, вычерчивая черным мелком в уже нарисованном круге какие-то магические знаки. – Мальчики, вы помните, что черную душу нельзя хватать руками?
– Само собой, – обиделся Герман. – Да и зачем? Я ее и так шугану.
Колька промолчал – он этого не помнил, поскольку трудно забыть то, что не знаешь.
– Вместе с кровью жертв темная душа получает силу, – прошептал парню Пал Палыч. – Вот хозяйку может зачаровать на сон, и еще может ветер вызвать. Очень сильный, достаточный для того, чтобы нас в окно повыбрасывать всех.
– А перевернули вы ее зачем? – решил не оттягивать с вопросом Колька. – Светлану, в смысле?
– А это мы второй душе дверь закрыли, – пояснил оперативник. – Она через рот выходит, и через него же обратно в Светлану ныряет. Но при условии, что та лежит лицом вверх и спит. Мы ее на живот положили, и всё, вход-выход перекрыт. Можно еще по-другому сделать. Перевернуть ее на кровати – ноги туда, голова сюда. Результат тот же.
– Готово. – Вика с удовольствием посмотрела на дело своих рук. – Молодец я.
– Ждем, – и Пал Палыч отошел в угол, утащив за собой Кольку. – Не светимся на проходе.
Темная душа нагулялась часам к пяти утра. На кухне скрипнула форточка, что-то мягко спрыгнуло на пол и зацокало коготками по полу.
Черная тень пересекла комнату, легко запрыгнула на кровать, двинулась к изголовью и застыла.
– Пшшшшшш! – раздался зловещий звук, в котором слышалось одновременно недоумение и злоба.
Существо завертело головой, и тут в дело вступил Герман, стоящий на другом конце комнаты, за шкафом.
– Попалась! – гаркнул он, выпрыгивая на центр комнаты. – У!
Тень мигом сиганула за спинку кровати, и тут же раздался вой, в котором сплелись воедино ужас и невероятная злоба.
– Поймали птичку в клетку, – удовлетворенно сказал Пал Палыч, выходя из-за шторы. – Смотри, Коля, вот она – вторая душа.
Ловушка, нарисованная Викой, обрела золотистый цвет, как бы говоря: «Я сработала», и в ней билось нечто, чему и названия-то не подберешь. Это был бесформенный сгусток темноты, мрака, он метался в круге, пытаясь из него выбраться, и не мог этого сделать.
Кровать заскрипела – это завертелась Светлана, ее выгибало и корежило практически так же, как то существо, что сейчас искало выход из круга.
– Вот этого я в нашей работе и не люблю, – поморщилась Вика. – Гер, давай, не тяни.
– Начинай, – оперативник достал свой нож, как всегда, тускло блеснувший серебром. – Я только «за».
Вика вытянула руку вперед, так, что та находилась как раз над кругом, и что-то забормотала, вроде как на латыни.
Тварь словно обезумела – она сновала так быстро, что больше напоминала черную молнию.
Вика говорила все громче, глаза ее были полузакрыты.
– Амен, – неожиданно оборвала она свои речи, и черная душа тоже застыла на месте.
Именно в этот момент Герман и нанес удар – короткий и резкий.
