Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
и выстрелил еще раз. Осечка.
Еще раз – тот же результат. Если так дело дальше пойдет, то поводов для веселья останется не так много, камнем придется орудовать. А эта тварь ждать, пока я свое дело до ума доведу, не станет, ей это ни к чему.
Я снова нажал курок, и на этот раз удача мне улыбнулась. Пуля смяла замок, превратив его в отверстие с рваными краями.
– Вот и всё, ребята! – произнес я, причем сокровища, лежащие под крышкой, радостно и многоголосо загомонили, решив, что это к ним обратились. – Давай, хватай меня, нежить. Последняя попытка!
И я шагнул вперед, одновременно с этим наклоняясь.
Призрак вцепился мне в шею обеими руками. Он уже не хотел вселяться в мое тело, он хотел меня просто убить. Вот только силенок на это у него явно не хватало, это тебе не сердце холодом давить. Да и со временем тоже недостаток вышел, мне для того, чтобы открыть крышку нужны были секунды.
Уходящее до завтрашнего дня солнце радостно заиграло на самоцветных камнях, подсвечивая их ограненные края, а после заставило тускло засиять золото. Немалую казну собрал родственник Ласло, немалую.
– Дело сделано! – сообщил мадьяр и радостно засмеялся. – Я вижу тебя, тень! Вижу! Отойди от моего друга!
Призрак было выругался на неизвестном мне языке, но после его словно ветром сдуло в сторону и от меня, и от кейса.
– Ты только отблеск черной мысли того, кто мертв. – Ласло выставил вперед правую руку, растопырив пальцы. – Того, кто и не жил. Отправляйся туда, где он сейчас находится, и, если хочешь, забери все то, что у него осталось.
– А ты лют, чужин, – покачал головой лесной хозяин. – Хотя, может, так и надо.
Мадьяр произнес фразу, которую я понять не смог, его глаза на миг сверкнули белым пламенем, пальцы сжались в кулак, который секундой позже крутанулся влево-вправо.
Призрак, растерявший весь свой воинственный пыл, дернулся вслед за этим движением, горестно завыл, а после исчез в невесть откуда взявшейся небольшой воздушной воронке, которая секундой позже схлопнулась.
– Вот и все, – повторил Ласло. – От моего родственника даже отзвука мысли на Земле не осталось. Как же хорошо!
– А мы, Хранитель? – робко осведомился у меня девичий голос, тот самый, что подсказал мне ответ на загадку с кейсом. Что интересно – говорящий на русском. – Мы как? Ты отпустишь нас?
– Да идите, – разрешил я, проведя ладонью над сокровищами. – Вы свободны, вас больше тут ничего не держит. И – спасибо тебе, девица, за подсказку и поддержку.
Дружный секундный выдох, несколько радостных возгласов – и тишина.
– Кажись, управились, – выдохнул дед Силантий. – Эхма, все ж таки стар я стал для своей службы. Раньше и не таких страховидл видал, но не пужался их. А тут – гляди-ко, стоял ровно вкопанный. Ведь мой же лес, моя власть. Нет, пора мне в дупло. Пора!
– А ведь ты меня использовал, дружище, – сказал я Ласло и погрозил ему наганом, который так и оставался у меня в руке. – Использовал. Не стыдно? Я же мог сдохнуть.
– Ты неправ, Валерий, – покачал головой мадьяр. – Неправ. Что знал, то тебе рассказал, что делать – объяснил, оберегал по мере своих сил, как договором было обусловлено. А сражаться с тем, кого не вижу – не в моих силах.
– И тому, кто эту дрянь тут оставил, он воздал как следует, – добавил дед Силантий. – Он же его этой пакости скормил, та теперь за Кромкой его вечно жрать поедом станет. Слышал слова его? Иди и забери что осталось.
Ласло подошел к кейсу, что так и лежал на траве, встал на колени, поворошил украшения, которых там имелось немало, а после его лицо озарилось улыбкой. В одной руке он держал неказистый золотой кругляш, от которого в разные стороны отходили кривые штырьки, в другой массивный перстень с рубином. Надо полагать, это и были сокровища его семьи. Надо же, мне казалось, что амулет будет выглядеть пореспектабельней, что он более… Ну не знаю… Загадочно-романтичный.
Мой спутник поднял руки вверх, к небу и что-то негромко произнес на родном языке. Он, несомненно, был безмятежно счастлив.
– Валера, это все твое, как мы и договаривались, – сообщил он мне чуть погодя, вставая с колен. – Эти безделушки станут достойной компенсацией за ту опасность, которой ты себя подвергал.
– Опасность дело обычное, – буркнул я, глядя на сокровища. – Другое досадно. Хотя в чем-то я и не прав, конечно. Ты в самом деле сделал все, что мог.
– Хранитель кладов, я, Ласло из рода Балинтов, считаю, что с твоей стороны договор исполнен полностью и честно. – Мадьяр протянул мне руку. – Твое слово. Если есть претензии ко мне, то говори здесь и сейчас.
– Да нет, какие претензии. – Наши ладони соприкоснулись. – Я, Валерий Швецов, считаю, что ты, Ласло из рода
