Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
тайной осталось и то, к какому именно веку относился тот год.
Почему? Потому что князя перебило некое замызганное и сгорбленное существо, появившееся с той стороны ограды.
– Люди! – радостно просипело оно, мотнуло немытыми патлами и почесало живот под драной майкой. – Вот радость! А я тут брожу, брожу, никак выхода не найду. Это, где тут ворота? Слышь, парень? Да, вот ты. Тебя как зовут-то?
Небось алкаш, что допивает на могилах водку, принесенную на помин. Заснул там, а теперь выбраться наружу не может.
– Молчи. – Ладонь Ростогцева закрыла мой рот, из которого было готово сорваться имя. – Не вздумай отвечать этой пакости. А ты, бесплотный, вон пошел отсюда. Здесь, по эту сторону ограды, место для живых, а не для мертвых.
– Ой, кто бы говорил! – Тот, кого я принял за загулявшего ханыгу, распрямился, и я понял, что вижу сквозь него. Да, фраза звучит диковато, но что есть, то и есть.
Потому что это не человек, а призрак. Самый настоящий. Вон и патлы пропали, и одежда изменилась, превратившись из драной майки в нечто, более напоминавшее старинный сюртук.
– И я нежить, – с достоинством сообщил ему Ростогцев. – Но у меня есть плоть, сиречь – тело. А еще хожу я куда сам захочу, не бегая, как собачка, туда, куда меня пошлет хозяин.
– Если не секрет – зачем вы мне рот зажали? – спросил я у него. – Понимаю, что от ошибки сберегли, но от какой?
– Ты чуть вот этому синюшному имя свое не назвал, – пояснил вурдалак. – А делать этого нельзя ни в коем случае. Узнав имя, сообщенное доброй волей, он сможет ненадолго занять твое тело, соображаешь? Правда, в твоем случае такое вряд ли могло произойти, ты очень крепок, не только физически, но и душевно, но тем не менее. К тому же он может передать эту информацию кому-то посильнее, и тогда возможны разные нюансы.
– А что у тебя за дела на нашем кладбище, упырь? – поинтересовался призрак, буквально прилепившись к ограде. – И кто этот паренек, которого ты так оберегаешь, вместо того чтобы осушить до донышка, как бутыль с вином?
– Нет, этот тебя бы не смог себе подчинить, – усмехнулся Ростогцев. – Слишком глуп.
– Благодарю, князь. – Я осознал, в какую неприятность чуть не вляпался. – Все-таки права народная мудрость – век живи, век учись.
– Главное, чтобы учение впрок пошло, – доброжелательно потрепал меня по плечу вурдалак.
– Молодой человек. – Призрак не мигая смотрел на меня. – Если тебе чего надо здесь, на нашей земле, ты говори, не стесняйся. Помогу, подскажу, с кем надо сведу. А о цене договоримся.
– Сгинь, – посоветовал ему Данила. – Не мелькай перед глазами.
– Никогда не имей дела с такими, как он, – сообщил мне князь, показав на призрака рукой. – Непременно обманут. В нашем с тобой мире, друг мой, вообще грани между добром и злом, правдой и ложью изрядно подстерты, тут уж ничего не поделаешь. Но все равно есть какие-то границы, которые никто не станет пересекать. А для него их нет, как и для всех остальных, кто обитает там, за оградой. Кроме Хозяина Кладбища, разумеется. Да и тот, если честно, свои границы для себя сам разметил, и где они лежат, остальным неведомо.
– А ты отважный, упырь, – оскалился призрак. – В двух шагах от кладбищенской земли ее повелителя упоминать всуе? Видать, совсем черви твой мозг съели. Ха!
Мне вдруг стало нестерпимо холодно, словно следом за северным ветром в столицу пожаловала зима. А еще внутри все сжалось, как в юности, в тот момент, когда драка вот-вот начнется, но первый удар пока никто не нанес.
– Валим, – чуть просевшим голосом предложил Данила. – Патрон, не надо нам тут оставаться!
– В машину, – толкнул меня князь, опасливо глянув в сторону ограды, где злорадно хохотал наш неживой собеседник. – Быстро, быстро!
Спорить я не стал, нырнул в теплый салон автомобиля, и уже через считанные секунды детище немецкого автопрома умчало нас куда подальше от места, куда мне хочешь не хочешь, а все равно придется вернуться.
– Следует понимать, что к ограде пожаловал тот самый Хозяин Кладбища? – уточнил я сразу же после того, как машина набрала скорость. – Да?
– Именно, – причмокнул так, будто у него болел зуб, Ростогцев. – Серьезно навредить нам он не смог бы, но хорошего от этой встречи все же ждать не стоит. Да и тебе лишний раз ему показываться на глаза тоже не след. Ты упорный парень, Хранитель, вряд ли отступишься от своих планов, а значит, раньше или позже нагрянешь на это кладбище. К чему ненужная популярность?
– Его все равно бродячий дух видел, – заметил Данила, обеими руками вцепившийся в руль. – Наверняка своему хозяину того, с кем общался, в деталях
