Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
так, что сознание вон вылетело. Так вот кабы не Сашка, прирезали бы меня те двое за милую душу под шумок. А что, война все спишет, даже если это бой местного значения. Покон-то отдельским не писан, как ты понимаешь.
– Сашка – это тот, который Смолин? – уточнил я.
– Он, – кивнула Стелла. – До сих пор не понимаю, отчего он эту парочку остановил? У нас с ведьмаками, как я говорила, дружбы никогда не водилось. Так, вооруженный нейтралитет.
Интересная, видать, жизнь у этого Смолина. То нежить в весьма пестрой компании гоняет, то в переделку с перестрелками ввязывается, то, как допотопный большевик, в эмиграцию сбегает, так сказать – подальше от властей.
Вот еще что любопытно – не тот ли это Александр, о котором в свое время Вагнер упоминал? Имя, конечно, не слишком редкое, но тем не менее?
Впрочем, мое бренное существование теперь тоже особо скучным не назовешь. Причем складывается оно по сказочным канонам – чем дальше, тем страшнее.
Ну да. Я, если честно, кладбища вообще не люблю. Не то чтобы боюсь, просто не люблю. Неуютно мне на них. Помню, меня мама в Лондоне потащила с собой на экскурсию по Хайгейтскому кладбищу, мне там чуть дурно не стало. Столица Англии вообще не сильно веселый и красочный город, а там и вовсе все настолько мрачно выглядело, что моя тогда еще юная и впечатлительная натура не выдержала. Как в обморок не упал – до сих пор не понимаю.
А тут – вон чего от меня требуется. Отрадно, конечно, что в стране родных осин, а не в туманном Альбионе, только данное утешение все же довольно сомнительно.
– Позвони Михееву с утра, – посоветовала мне Стелла, отодвигая от себя тарелку с недоеденным салатом, лицо у нее было не очень довольное. – И если в процессе переговоров он даст свое согласие, то не забудь с ним поторговаться за цену на эту услугу. Ничего зазорного в этом нет, ясно? Пусть знает, что ты тоже не лаптем щи хлебаешь.
– Разберемся. – Я отпил чаю. – В любом случае, это лучше, чем ничего. Пока не получим подвеску, дальше не двинемся, а лето тем временем к концу начинает подходить. Вон на улицах начали развалы бахчевых ставить, значит, осень близко.
– Ценное наблюдение. – Стелла достала из сумочки влажную салфетку, развернула ее и начала протирать руки. – Так, с этим определились. Теперь два других вопроса. Первый – реализация того, что ты мне передал. Купца я нашла, верить ему можно, цену он дал неплохую. Думаю, скоро ты получишь свою долю.
Долю. Это ты, милая, получишь долю, а мне положена основная сумма. Впрочем, с самого начала было ясно, что она меня надует. Да и ладно. Легко пришло, легко ушло, велика ли печаль?
– Это, значит, было раз. А теперь два. – Стелла подперла подбородок ладонью и уставилась на меня. – Швецов, а я новый костюм купила, туфли под него и даже клатч.
– Мои поздравления, Воронецкая, – в тон девушке ответил я. – И что с того? Или ты счет распорядилась отправить на мой адрес? Так я прямо сейчас тебе могу кукиш показать. Здесь и сейчас за еду заплачу, но брать тебя на полное содержание отказываюсь. Ты крайне затратная статья бюджета.
– Не то, Валера, – забавно вздернула брови ведьма. – Не то.
Конечно, не то. Можно подумать, я не понял, куда она гнет.
– Не поеду, – твердо заявил я, и для пущей ясности припечатал ладонь к столу. – Даже не начинай снова этот разговор.
– Не будь скотиной, Швецов, – как-то даже резко заявила моя сотрапезница. – Маму надо любить и уважать, тем более такую славную, как твоя. Я с ней тут созванивалась, и знаешь, как она обрадовалась, когда подтвердилось, что мы приедем вдвоем? Чуть не заплакала, а потом меня «доченькой» назвала.
– Врешь, – заявил я сразу же. – Моя мама такое слово сроду не произнесет. И потом – она крайне разборчива в таких вопросах, как семейные ценности.
– Ну, может, и не «доченькой», но радовалась сильно, – и не подумала смущаться пойманная на вранье Воронецкая. – А ты хочешь ее расстроить!
– Не хочу, – помотал головой я. – Но все равно не поеду.
– Блин, ты как маленький, в самом деле! – начала сердиться ведьма. – Тебе лет сколько, малыш? «Не хочу, не буду, не поеду»! Пятый класс, вторая четверть. Швецов, у тебя скоро волосы седеть начнут, а ты все какие-то древние обиды поминаешь. Мало ли кто кому когда чего сказал? Если бы я на все, что слышу, обидки кидала, то сдохла бы давно под забором. Или как похуже.
Я молчал, сопел, пил чай.
– В конце концов – будь мужчиной. Джентльменом! – потребовала Стелла. – Кто-то должен мне показать дорогу к вашему загородному имению или нет?
– Яндекс-навигатор тебе в помощь, – отозвался я. – Петрово-Среднее, улица Цветочная, дом четырнадцать. Мы живем в продвинутое время, если ты не знала.
– Я не доверяю
