Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
на телевидение, консультантом в какую-нибудь программу по мистике, их сейчас немеряно развелось. Денег больше – проблем меньше.
– Ага, – подтвердил Герман. – А то он в теплом кабинете сидит, а мы тут попы морозим!
Злословие не грело, но хоть отвлекало, к тому же особо долго сотрудникам отдела этим заниматься не пришлось – сверху послышались голоса и шаги, эхом отдающиеся от стен.
– Вот умницы, – похвалил сатанистов шепотом Герман. – Ждать себя не заставили, я-то уж думал, что раньше полуночи не припрутся. Молодцы!
– Цыц! – шикнул на него Пал Палыч. – Нет нас тут!
Судя по голосам, было этих сатанистов не так уж и мало – человек восемь, а то и поболе. Они шумной толпой, подсвечивая себе путь фонариками, спустились в подвал и сноровисто разожгли костер.
– Сегодня опять будем Ваала призывать? – спросил кто-то из них. – Как вчера?
– Да, – донесся до оперативников чуть визгливый мужской голос. – И, надеюсь, он услышит нас сегодня и ответит на наш зов!
– А жертва? – поинтересовался еще один сатанист. – Жертву надо принести!
– Нету жертвы, – одновременно с этой фразой хрустнуло дерево – как видно, этот их собеседник занимался костром. – Бомжи кончились.
– Это все не страшно, – успокоил его обладатель подвизгивающего голоса. – Он все равно услышит нас. Он всюду и нигде, он как его олицетворение – муха! И потом – у меня есть свечи из черного воска, сам лепил, это самое верное средство для того, чтобы он нас слышал. Рисуй пентаграмму, брат Самуил!
– Что? – раздался удивленный шепот Пал Палыча и Колька даже подскочил от удивления – такого он не ожидал. – Герман, мы зря мерзли. Это не сатанисты, это клоуны. Пошли, шуганем этих идиотов и поехали отсюда. Времени девятый час, харчевни в «Рио» еще функционируют. Я за стаканчик с капучино полжизни отдать готов.
– А формулы? – возразила Вика. – Написаны-то они по уму!
– Интернет, как я полагаю. – Ящик Пал Палыча скрипнул, он встал на ноги. – Полдня впустую, а? Гер, спину мне страхуй – мало ли что у них в головах? Николай, за Викой присмотри.
И Пал Палыч направился к выходу из комнаты, за ним последовал Герман.
– Ничего не понял, – прошептал Колька Вике, которая чуть задержалась, отряхивая пальто. – Почему?
– Почему они клоуны, а не сатанисты? – уточнила та. – Так столько бреда сразу ни один мало-мальски приличный знаток сил тьмы не выдаст. Какой Ваал? Ладно бы еше Баал-Зебуб сказали, хотя и это перебор. Вельзевул – вот как скажет сатанист. Потом мухи, это вообще чушь запредельная, только для кино. Ну и свечи. Черный воск!
И девушка фыркнула, уже совсем не скрываясь, поскольку из комнаты с костром послышалось: «А ну стоять всем! Бояться!».
– При вызове Вельзевула серьезные люди используют свечи, сделанные из жира некрещеного младенца, дилетанты с претензиями и базовыми основами – церковные свечи. А идиоты…
Договорить она не успела, поскольку в комнате с костром явно что-то пошло не так, звуки драки Колька ни с чем перепутать не мог.
– Давай, мочи их! – взвизгнул кто-то. – Давай!
– Ё! – Колька вырвал из кобуры пистолет и кинулся туда, крикнув Вике: – Держись за мной и не высовывайся.
Он выскочил в коридор, в два прыжка пересек его и в свете разгорающегося костра увидел, что Германа и Пал Палыча окружили с десяток достаточно крепких ребят в коротких куртках, причем у некоторых в руках были телескопические дубинки и арматурные пруты. Судя по тому, что у Германа неестественно было вывернуто плечо, ему уже досталось, да и сейчас удары сыпались на оперативников с такой интенсивностью, что они просто не могли ничего предпринять, только кое-как прикрывали головы, чтобы их не разбили.
– А ну, стоять! – заорал Колька, сделав шаг в сторону, чтобы не стоять на проходе и спина была прикрыта, эти азы в него вбили еще в академии.
Слова он подкрепил выстрелом, направив дуло в сторону маленького окна под потолком, которое только что заметил – не хватало еще того, чтобы кого-то рикошетом задело. Кстати, – он-то все гадал – как они тут от дыма не задыхаются? А его вон куда вытягивает. Теперь бы еще понять, как тут все давно не сгорело с таким подходом.
Колька не был опытным сотрудником, но тут даже ему стало предельно ясно – это не клоунада, как было подумал Пал Палыч, это подстава. Их – ждали. Вот конкретно их, сотрудников «15-К». И приняли пару оперативников в дубинки эти лжесектанты сразу же, как они вошли, да так, что те даже до оружия добраться не смогли. И вообще – хорошо, что не убили сходу, вон у Германа еще и пол-лица кровью залито.
– Щас всех перебью, падлы! – заорал Колька, направляя пистолет на замерших сатанистов, или кем они там были. – Отвечаю!
В принципе,
