Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
узнаю, что они обе когда-то успели поучиться в Хогвартсе. С них станется.
Но что у Розалии не отнять, так это понимание справедливости. Отнимая, она всегда что-то дает взамен, потому я почти сразу после того, как напился в туалете воды из-под крана и уселся в рабочее кресло получил от нее пару таблеток цитрамона, большую кружку чая с мятой и несколько горячих пирожков с мясом. От последних, было, попытался отказаться, но сочувствия не нашел, а после умял их с дорогой душой, так славно они пошли. Ну, а после того уснул, сам не заметив того, как это случилось.
Пробуждение, слава богу, не принесло неприятных моментов, голова прошла, и, что важно, вернулась способность более-менее конструктивно мыслить.
И вот на эту свежую голову все, что я услышал нынче ночью, показалось мне каким-то слишком надуманным. Нет, ну правда, есть во всей этой истории некая чрезмерная китчевость, чересчур надуманная кинематографичность. Любовь, яды, месть, все такое… Ночью в клубе, с его полумраком и глуховатым голосом Арвида мне в услышанное верилось, а сейчас, при свете дня и по здравому размышлению, вроде уже как бы и нет.
С другой стороны — зачем ему придумывать подобную историю, особенно если учесть, что все проверяется на раз-два? Мало того — если я соглашусь, то мы пойдем в гости к красавице Лианне для того, чтобы ее убить. Тут-то вообще ничего не подделаешь, верно?
Значит, его слова — правда. По крайней мере, основной костяк истории таков. Но костяк — это только часть общего, вопрос в том, насколько можно верить всему услышанному. Сам я такую информацию точно не добуду, значит надо сделать так, как еще ночью мной решено было. Надо поговорить с тем, кто, возможно, осветит мне происходящее с другой стороны. Ну, или хотя бы выслушает, что уже немало.
Именно поэтому, несмотря на то что мне очень хотелось после работы поехать домой, я направился совсем в другую сторону. До истечения суток, о которых я договорился с Ленцем оставалось времени всего-ничего, так что следовало спешить.
Как и в прошлый раз, желтое здание, спрятанное в переулках Сухаревки, встретило меня не то, чтобы недружелюбно, но без особой радости. Сначала еле удалось открыть тяжелую дубовую входную дверь, а после она еще и заднице врезала, причем так, что я чуть не сбил вешалку, стоявшую в коридоре.
— О, Швецов! — вместо приветствия произнесла рыжая Евгения, которая, как и в прошлый раз, сидела на посту при входе. Интересно, отчего так? Может, она все время люто косячит, и потому является вечным дежурным? Или просто должность ей такая выпала? — Каким ветром тебя к нам занесло на этот раз? Никак, шеф вызвонил?
— По делу пришел — я потер задницу, которая после дверного пинка немного ныла — Поговорить с Павлой Никитичной хочу.
— Ух ты! — изумилась девушка — Нет, правда неожиданно. Только тут есть одно «но» — захочет ли она с тобой общаться? Тетя Паша человек непростой, если чего не желает, то все, можно плюнуть и уходить, ее не переубедишь. Мы что, мы люди служивые, подневольные, нам по штату тебя выслушать придется, а она вольнонаемная, да еще и пенсионерка. Так что, может, ну его? Может, лучше мне расскажешь о том, что тебя беспокоит, а там вместе решим — как и что.
— В принципе, нет проблем — я оперся на стойку и принял независимо-элегантную позу. Ну, по крайней мере мне так кажется — Встречное предложение — я все же говорю с Павлой Никитичной, а после мы вместе с тобой отправимся в хороший ресторан, где побеседуем и о том, что меня беспокоит, и о том, что тебя беспокоит, а также о природе, о погоде, о дружбе, и, может быть, даже о любви. Как тебе такой вариант?
— Поесть можно. Только не сегодня, а в принципе — милостиво согласилась Мезенцева — Но о любви и дружбе ты с кем-нибудь другим общайся. Извини, Валера, но ты не в моем вкусе. Мажористости в тебе много, понимаешь? Мне парни попроще нравятся.
Поддела. Нет, правда поддела. Экая языкастая да зубастая, ей палец в рот не клади, по локоть руку оттяпает.
— Не обижайся — попросила меня девушка — Я просто сказала правду. Это ведь лучше, чем езда по ушам, верно?
— Верно — подтвердил я — Так где мне Павлу Никитичну отыскать?
— Прямо, потом налево от лестницы — отозвалась девушка — У нее там помещение есть, мы его «каптеркой» называем, она наверняка чаи гоняет перед вечерней уборкой.
Чай — это хорошо. Хоть бодун давным-давно отступил, от него бы я не отказался, особенно от крепкого и сладкого.
— И в дверь постучать не забудь! — добавила рыжая, когда я уже отошел от ее стола — Поверь, это в твоих интересах. У тети Паши пунктик на этот счет имеется, она запросто может сразу начать стрелять, не разбираясь
