Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
наверняка в курсе. И хоть бы хны. Ну, а как же — это наши разборки, не людские. Сидят и ждут — не дождутся, пока эта тварь нас всех не перебьет, после ей на голубом глазу счет представят, и упокоят как возмутительницу спокойствия. Вуаля! Мы мертвы, она мертва, а в Москве остался только Мишка Ростогцев, живущий по принципу «и нашим, и вашим поровну спляшем», тощий Феликс, который своей тени боится, да залетные, которых вовсе можно в счет не брать
— Все, как всегда — подтвердила Маришка — Они одни в выигрыше, все остальные либо мертвы, либо молчат как рыбы.
Ведь не возразишь, все так и есть. И ведь что примечательно — по идее правильно Ровнин и компания делают. Те, кто со мной за столом сидит, людям точно не друзья, за каждым, поди, такой кровавый след тянется, что будь здоров. А все равно отчего-то я сейчас «испанский» стыд испытываю за собратьев по виду.
С чего бы?
Может, потому что они, как и было сказано, во всем правы?
— Знаешь, Хранитель, я бы и тебя с собой не взяла — вдруг заявила Маришка — Правда, не взяла бы. Ты человек, а значит слаб. Нет, в драке ты, скорее всего, не струсишь, видно, что есть в тебе стержень. Да и Данилу ты, по слухам, ловко приговорил. Только драка одно, а то, что после нее будет — другое. Ах, если бы не Стефан и его запрет…
— Поживем — увидим — я втянул ноздрями божественный запах, который источал стейк, поставленный передо мной — Время рассудит.
— Вот с этим точно не поспоришь — усмехнулся Арвид — Главное, чтобы оно для нас завтра не кончилось, это самое время. Беспокойно мне как-то. Маятно. Была бы душа, сказал, что на ней тяжело.
— Меньше думай о плохом — посоветовала ему Маришка — В конце концов это просто очередная выскочка, мало ли их таких уже было? И сколько еще будет? Да я сама шалила не меньше по молодости. Правда, тогда меня Рогволд осадил вовремя.
— И еще у тебя хватило ума его послушать — добавил Константин — А с этой даже разговаривать смысла нет, она идет напролом, уверенная в том, что за ней стоит большая сила. Настолько, что ей все сойдет с рук. И ведь формально пока сходит. Мы-то понимаем, что это всего лишь византийская политика сыскных дьяков, но она-то уверена в собственной исключительности.
— Или мы чего-то не знаем — мрачно заметил Ленц.
— Завтра во всем разберемся — остановила начавшийся было спор вурдалачка, а после обратилась ко мне — Ну что ты такими кусками глотаешь это мясо, почти не жуя? Желудок испортишь! Как говорили на Востоке, знаешь? «Жуешь пищу 50 раз — ничем не болеешь, 100 раз — будешь жить очень долго, 150 раз — станешь бессмертным». А они знают толк в подобных вопросах.
— Все так — подтвердил Константин — И для крови вредно, уж поверь профессионалу. Она густеет и теряет вкусовые качества.
Вот кто их за язык тянул? Я теперь вообще есть расхотел. Да еще Арвид со своим карканьем…
В результате субботний день был смазан с самого начала, и прошел прямо скажем, так себе. Я провел его дома, один, благо Певцова на самом деле смылась домой, время от времени проваливаясь в забытье, которое не приносило отдыха и маясь головной болью, которую таблетки уже не могли купировать. Потому, когда часов в десять вечера прозвучал телефонный звонок и на экране смартфона появилась надпись «Ленц», я очень обрадовался. Очень уж вымотало ожидание того момента, когда можно будет перестать думать о том, как оно все случится, и перейти к действию.
— Ну что, Валера, не передумал с нами ехать? — осведомился Арвид — Если скажешь «нет» — пойму. И мероприятие сомнительное, и компания так себе.
— Банально — буркнул я в ответ — Нет, чтобы коротко сказать: «машина у подъезда».
— Машина у подъезда — повторил за мной вурдалак и повесил трубку.
Я быстро оделся, нацепил наплечную кобуру, накинул куртку, в карман которой положил костяной нож, подаренный мне Марфой, мысленно отругав себя за то, что не нашел минуты для простого и очень нужного дела, а именно — ножны к нему не заказал. Куда удобнее такую штуку на поясе носить.
— Добрый вечер — поприветствовала меня София, сидящая за рулем массивного внедорожника. Судя по ее привычному брючному костюму, принимать участие в том маленьком мероприятии, на которое мы отправлялись, она не собиралась. Впрочем, черно-белые одежды были ей к лицу — Садитесь рядом со мной, Хранитель. Боюсь, что сзади вам будет немного дискомфортно.
Я заглянул в салон, кроме нее там никого не было, но спорить не стал, устроился рядом с вурдалачкой.
Смысл ее слов стал ясен позже. По дороге мы подобрали еще троицу крепких парней, которые как раз и устроились на задних сидениях, причем один из них, под тихие смешки остальных, почти сразу начал то и дело втягивать воздух носом, наклоняясь к моей шее и очень неприятно цыкать зубом.
