Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
ощерилась, и двинулась в мою сторону.
А из подвала тем временем ползли все новые и новые упыри, причем разной степени сохранности. Одна парочка, бредущая рядом, прямо скажем, выглядела совсем уж отвратно, их хоть сейчас можно отправлять на съемочную площадку среднестатистического фильма ужасов. Как видно, это ветераны, первые из тех, кто был отправлен в подвал.
Однако, не пора ли мне делать ноги, а? Шутки шутками, перстень-перстнем, а с этой немертвой ордой я не справлюсь. Красотка-вурдалачка в качестве охранника — это прекрасно, но упырей больше десятка, причем пуля эту пакость не возьмет, только кинжал. И то не факт. Может, он только на полноценных кровососов действует, а для упырей безвреден? Да и потом — вон ту милашку я в удачном случае, конечно же, прикончу, а с остальными как? Они попросту навалятся толпой, да и сожрут меня. Вот и вся история.
Вот вроде все верно решил, но отчего-то двинулся не назад, в сторону рощицы, края луга и, может, даже оставленных в ночи машин, а вперед, доставая на ходу подарок Марфы. Ведь только-только думал, что не друзья мне вурдалаки, никак не друзья, а все одно пошел на выручку схватившейся сразу с тремя упырями Софии.
Упырица заметила меня, ее кроваво-красные глаза радостно сверкнули. Раньше всегда считал, что это сравнение сочинители для красоты вставляют, а теперь понял — не-а, такое на самом деле встречается. Она дружелюбно оскалилась, облизнула губы языком и довольно шустро направилась ко мне, выставив вперед руки. Причем она уже не ковыляла, а именно что шла, как видно, расходились чуть атрофированные за время сидения в подвале ноги.
Мало того — ко мне двинулась еще парочка кровососов, правда не так резво.
Звон стекла — и из окна, что на втором этаже, на землю двора спрыгнули сразу двое вурдалаков из наших. Один — Павел, тот с которым я чуть не сцепился в автомобиле, имени второго я не знал, но помнил, что он входит в свиту Маришки. Надо полагать, их София на помощь вызвала с помощью беспроводной связи.
Слава богу, а то я уж думал, что дело совсем плохо, и таки придется мне ноги делать.
А после мне стало не до размышлений, поскольку последний этап недальнего пути ко мне упырица проделала уже почти бегом. Видно, очень кушать хотела.
— Не дай ей себя схватить! — донесся до меня выкрик Софии — Уворачивайся!
Своевременный совет, руки-крюки мертвой девицы чуть не сцапали отвороты моей куртки. Я, плюнув на то, что нынче мокро и грязно, кувыркнулся вперед, а следом за тем вогнал нож в спину той, что желала меня сожрать. Ну, не то, чтобы прямо в спину, скорее — в поясницу.
Упырица, дернувшись, взвыла, и замахала руками, то место, куда ударил нож, задымилось, в воздухе, напоенном водой, запахло горелым мясом.
— Шея или сердце! — рявкнул незнакомый мне вурдалак, который сцепился с двумя противниками — Иначе не убьешь!
Ясно. Шея или сердце. Классика. Вот только в них еще как-то попасть надо.
Тварь, жаждущая моей крови, перестала орать, чуть присела, причем ее руки, то ли от природы длинные, то ли подросшие в подвале, чуть ли не касались земли, оскалилась, высунула красный длинный язык, поболтала им в воздухе, а после прыгнула на меня. Ловко так, быстро, прямо как пантера какая-то.
Думаю, мне просто повезло. Случается такое, пусть не часто, но все же бывает. Нет, я, скорее всего, ее так и так бы прикончил, это без вариантов, но в процессе уничтожения она меня крепко порвать могла своими когтями. Или, того хуже, укусить. Само собой вампиром я от этого не стал бы, но зубы-то она, поди, давно не чистила. Занесет мне в кровь какую-то заразу, неровен час, потом противостолбнячную прививку ставить придется.
Короче — эта дура облегчила мне задачу, напоровшись в аккурат сердцем на нож, который я инстинктивно выставил перед собой. Рефлексы — они такие рефлексы, рука сработала быстрее разума. Напоролась, взвыла истошно, обмякла, а после, чуть не вырвав у меня клинок из рук, сползла на землю недвижной тушкой. Как видно, не рассыпаются упыри в пепел в подобных случаях. И в этом вурдалачье племя их права ущемило. Эх, нет среди них оппозиционного лидера, некому возглавить упыриный «марш несогласных».
Господи, какая чушь в экстремальные моменты жизни в голову лезет, а?
Сто раз мне говорили — не думай во время драки о всякой ерунде, следи за собой, будь осторожен. Но нет, не слушал я умных людей, потому и прозевал тот момент, когда один из упырей на моих плечах повис. Чудо то, что я крутануться успел, и его зубы в сантиметре от моей шеи лязгнули.
— Не дай ему себя укусить — метнулся над двором крик Софии — Не дай…
Я краем глаза заметил, как она, лихим ударом ноги отбросила от себя еще одного неупокоенного и рванулась ко мне, вот только не
