Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
займитесь делом. У подъезда топчутся сотрудники журнала, который здесь квартировал, узнайте, кто из них заместитель покойной, и приведите его сюда.
– А это, стало быть, директор журнала? – уточнил Коля. – Да?
– Главный редактор, – пояснила уборщица, обошла покойницу по кругу и сообщила коллегам: – Все-таки Жужу. Ну надо же!
– Кто? – в один голос переспросили молодые люди.
– Жужу, – повторила тетя Паша. – Она, родимая.
– Жужу. – Вика наморщила лоб. – Что-то знакомое. Я про нее читала… Или по телевизору программу видела. Это любовница Саввы Морозова?
– Она самая, – удовлетворенно подтвердила уборщица. – Вот только откуда бы ей взяться, если я ее лично в двадцать втором году определила в ловушку для духов? Отпустить насовсем эту кокотку было бы лучше, разумеется, но на всю Москву тогда только один Ходящий близ Смерти имелся, и тот меня на нюх не переносил. Ведьмаки вообще довольно непростые товарищи, а Ходящие близ Смерти самые вздорные из них. Но при этом ведьмаки для нашего дела бывают полезны, потому приходится терпеть всякие закидоны, жалко только я это сообразила тогда не сразу. А почему? Потому что молодая была, шальная и безмозглая, больше на свое чутье и «браунинг» надеялась, чем на логику и последовательность. А вы запомните оба – не получится никогда ведьмака заставить на себя силой работать, с ними договариваться надо, а еще лучше – дружбу водить. Не обязательно настоящую, можно и понарошку, но только так, чтобы они фальшь не учуяли. Еще хорошо в долги загнать, ведьмаки Покон всегда чтут, но здесь тонко работать следует, так, чтобы они сами не поняли, в какую яму валятся. С матерым ведьмаком эту карусель можно даже не раскручивать, его не обманешь, но молодого какого подцепить, может, и получится. Но все равно надо быть очень осторожным, потому что если ведьмак об этом догадается, то неприятностей не оберешься. А оно нам надо?
– Не надо, – снова в унисон ответили Коля и Вика.
– Правильно. Да и вообще Ходящие близ Смерти или те же сноходцы товар штучный, их надо опекать и очень внимательно следить за тем, чтобы кто-то из обитателей Ночи инициативу по его использованию у отдела не перехватил. – Тетя Паша села на стул, стоящий около стены, и положила руки на колени. – Ладно, не суть. Относительно Жужу – это призрак довольно известный, про нее даже в книжках пишут. При жизни Жужу была прехорошенькой барышней родом из Франции, служила модисткой в одной из местных лавок, и каким-то образом умудрилась захомутать Савву Морозова, миллионщика и промышленника. До сих пор не понимаю, где они пересечься смогли, вроде бы ничего общего? Ладно бы она проституткой была, тогда ясно, но за ней ничего подобного не значилось вроде. Впрочем, к делу это отношения не имеет. Тем более, что там вроде на самом деле любовь завертелась, по крайней мере с ее стороны, через это она и погибель свою нашла. В мае девятьсот пятого года боевики партии под руководством Красина Савву в Ницце убрали из-за наследства, потому как на нашу революцию деньги были нужны, и, само собой, все это в газеты попало почти моментально. Продавали же газеты тогда мальчишки молоденькие, а чтобы товар повеселее шел, они громко выкрикивали самые горячие новости. Ну вы небось в сериалах такое видели?
Молодые люди дружно кивнули.
– Жужу как раз по Кузнецкому в пролетке ехала, – продолжила уборщица. – Вот и услышала «Смерть миллионщика Морозова в Швейцарии!». Сердечко у нее зашлось, она даже «ваньку»-извозчика останавливать не стала, выпрыгнула на ходу, чтобы газетку купить, и тут же под другую пролетку попала, причем с летальным исходом. Может, лошадь ее копытом в висок припечатала, может, оглобля голову проломила – уж не знаю.
– Грустно, – шмыгнула носом Вика. – За любовь пострадала.
– За нее потом и убивать начала, причем еще до того, как в землю легла, – в тон ей ответила тетя Паша. – Парнишка, что невольно причиной ее смерти стал, в ту же ночь на тот свет отправился. Задушили его белым чулком с золотой окантовкой. Угадайте, кто такие чулки носил?
– Жужу, – хором сказали ребята.
– Верно, – одобрила их ответ старушка. – Она. Ей их Морозов из Парижа заказывал, за большие деньги. Ну, наверное, в первопрестольной еще кто-то в таких ходил, но вряд ли какая-то зажиточная красавица с Тверской или Мясницкой стала бы столь дорогим предметом гардероба душить мальчишку-газетчика на Кузнецком мосту, да еще и в подворотне. Согласитесь, на что оно ей?
– Никакого смысла, – подтвердила Вика, которую история, похоже, крайне увлекла.
– Ну на одной жертве модистка не угомонилась, за следующие две недели еще троих газетчиков на тот свет отправила, после чего обитатели данной улицы остались без свежей
