Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
встал, потрепал меня по плечу и отправился в свою палатку.
– Не спорь со мной, – пыхнув сигаретой, быстро и тихо сказала мне Стелла. – Я лучше знаю, как правильней поступить. И вот еще что забыла сказать: ничего Абрагиму не обещай. Вообще. Аджины всегда требуют буквального исполнения данного слова в установленные сроки. У нас вообще с этим строго, но тут прямо беда. И никакие уговоры после не помогут. Так что лучше помолчи – целее будешь.
А самое обидное, что я не знаю, врет она или нет. Мне не у кого узнать, насколько ее слова являются правдой. Мир, к которому относятся и она, и Абрагим, похоже, очень велик и многообразен, вот только проводник мне достался так себе – лживый, хитрый и желающий меня погубить. И как ей верить?
С другой стороны, с чего мне подвергать ее слова сомнению? Что бы там дядя Фома ни говорил, пока я ей все же нужен. Ровно до той поры, пока моей напарнице не подвернется случай, в результате которого я стопроцентно сгину, на меньшее она не согласится. А аджин на подобный поворот событий, похоже, не тянет.
Вот я все хорохорился, мол, мы в неравных условиях и все такое. По сути, это правда, условия и в самом деле разные, только обстоит все не совсем так, как было сказано. Она мою голову под топор подсунуть может, и ей от этого будет только хорошо. А я ее – нет, мне без нее кранты настанут, потому что я чужак в чужом мире. Да и убивать я не умею. Как-то не сподобился научиться за прошедшие годы. Морду набить запросто могу, но чтобы жизнь забрать… Это нет.
Но это не значит, что стоит под Стеллу подстраиваться, она должна помнить о том, что ситуация трефова для нас обоих. Орать или вести себя как подросток, с претензиями и обидами, разумеется, не стоит, но и решать за нас двоих она не должна. А то раз подобное проскочит, два – и все, я стану при ней то ли декорацией, то ли посыльным. В смысле куда пошлют, туда пойду. Это не из моей сказки, мне такого не надо.
– Согласен, я в ваших делах почти ничего не смыслю. Но некоторые решения давай все-таки принимать вместе.
– Хорошо, – согласилась ведьма, причем было видно, что плевать ей на мою просьбу. – Как скажешь.
– Луной поклянись, – потребовал я, припомнив кое-что из ее слов, произнесенных ранее. – И этой… Книгой Вед. Душой можешь не клясться, ее у тебя все равно нет.
– А ты умеешь слушать, – Стелла потушила сигарету в пепельнице, прибитой к столику гвоздем. – И слышать. Ты опасный человек, Валера Швецов из Москвы.
– Я мирный человек, которому хочется как можно быстрее вернуться в свой бронепоезд, стоящий на запасных путях. Давай, не тяни. У меня еще несколько вопросов есть, а Абрагим скоро вернется. Он товарищ неразговорчивый, вряд ли по телефону долгую беседу будет вести.
Что аджин кому-то звонит, я заметил почти сразу. Да он и не скрывал этого, маяча в окошке раздачи с трубкой смартфона в руках.
– И наблюдательный! – растянула губы в улыбке ведьма. – Как же мне повезло с напарником!
– Не хочешь клясться? – уточнил я.
– Не хочу, – улыбка покинула лицо Стеллы. – И не стану. Очень с нас большой спрос за подобное, так что перебьешься.
– Хорошо, – я закинул ногу на ногу. – Тогда и с себя я всякие ограничения на данный счет снимаю. Мы вместе, но каждый сам по себе, и, если что, претензии не принимаются.
– Дрянь у тебя характер-то, – отметила Воронецкая. – Тяжело, небось, на свете живется?
– С чего бы? – удивился я. – Нормально мне живется. Если бы не эти ваши потусторонние тайны, в которые довелось вляпаться, так и вовсе… А теперь все, пропало лето. Ладно, это лирика, я сказал, ты услышала, работаем дальше. Вот скажи лучше, кто такой Карл Августович? Я так понимаю, он человек не сильно простой, иначе бы мы к нему на прием куда легче попали.
– Начнем с того, что у меня нет уверенности в том факте, что он вообще человек, – Стелла наконец принялась за шаурму. Правда, в руки ее брать не стала, орудовала пластмассовыми ножом и вилкой, что было крайне неудобно, на мой взгляд. – Хотя и обратное утверждать не стану.
– Слушай, мне реально надоели хождения вокруг и около, – устало произнес я. – Ты можешь выражаться понятнее, а? Был задан простой вопрос, зачем этот туман в ответе?
– Я правда не знаю, – приборы стукнули о стол, ведьма цапнула шаурму руками. – Он птица не моего полета, ясно? Если бы не нужда, я бы к нему сроду не обратилась. У нас выбора нет, Валера, потому приходится писать на гербовой бумаге, а не на простой. И чтобы личность такого уровня до нас снизошла, нужен отменный козырь, тот, который он сочтет достойным внимания.
– Например?
– Например, ты. Хранитель кладов для коллекционера редкостей такого уровня – предмет первой необходимости.
– Ну вот, уже какая-то ясность появляется.
