Александр Смолин, обычный московский парень, работающий среднестатистическим клерком в банке, помог вроде бы самому обычному старику, когда тому стало плохо на улице. Правда, помощь запоздала, старик умер. Плохо, конечно, но все мы смертны. Но старик тот возьми да и окажись ведьмаком. А тем перед смертью непременно кому-то свою ведьмачью силу передать надо, вот Смолин и попал под ее раздачу.
Авторы: Васильев Андрей
все равно поехал, конечно. Новые компьютеры – это круто, Розалия Наумовна их года полтора выбивала, а я их ждал, так что мне теперь кровь из носу нужно один за собой застолбить. Потому личное присутствие в данном случае совершенно необходимо.
Договор, который мне принесли минут через пять, полетел в рюкзак, ключ от депозитной ячейки, который сегодня то и дело переходил из рук в руки, был прикреплен к свободному крепежу ключницы, а сам я отправился в одну из арбатских кафешек, рассудив, что работа не волк, никуда не убежит. Да и потом, наши кумушки точно не проморгают тот факт, что я подозрительно быстро добрался до архива, после чего начнут строить теории о том, как мне это удалось, и такого напридумывают, что у нормального человека волосы дыбом встанут. Хотя в итоге все равно победит версия о том, что я спутался с какой-то местной шаболдой и теперь под ее тлетворным влиянием непременно сопьюсь. Или еще чего хуже!
Привезенную технику по хорошей народной традиции сгрузили прямо в коридор, не особо задумываясь о том, что ее непременно будут пинать все проходящие мимо сотрудницы. Как результат, на одной коробке, в которой находился монитор, я обнаружил пару вмятин явно каблучного происхождения. Стало быть, кто-то об нее споткнулся, а после зло выместил.
– Приехал, – услышал я за спиной голос Розалии Наумовны. – Хорошо. Вот список тех, кому надо поставить новую оргтехнику. Чтобы не тратить время, сразу ее на рабочие места и определяй. Старые компьютеры относи в девятый кабинет, их послезавтра вывезут.
– Розалия Наумовна, мое почтение, – я повернулся к своей руководительнице и забрал бумажку из ее рук. – Вы, как всегда, прекрасно выглядите.
Директриса была не одна, рядом с ней стояла седенькая старушка с невероятно живым взглядом. Я бы даже сказал оценивающим, поскольку она как-то очень внимательно меня им ощупала.
– Это Павла Никитична, – сообщила мне Розалия, – моя двоюродная сестра. Павла, позволь представить тебе Валерия Швецова. Не скажу, что он демонстрирует редкостное рвение в работе или невероятную любовь к науке, но при этом неглуп и покладист.
– В наше время это уже немало, – заметила старушка. – А так ничего. Лет семьдесят назад я бы такого не пропустила.
– Лет семьдесят назад ты бы его расстреляла, – возразила ей моя начальница. – Язык у него длинный, а мысли он пока при себе оставлять не научился.
Шутят старушки. Лет семьдесят назад они обе, небось, еще и в школу не ходили, потому молодые люди вряд ли их интересовали.
– Павла, – почесал я затылок. – Необычное имя.
– Скорее забытое, – поправила меня родственница директрисы. – Как и производная от него Павлина. Впрочем, это одно и то же имя. Просто я родилась в семье простой, хотя и зажиточной, вот и стала Павлой. Появись же я на свет в дворянском или хотя бы купеческом семействе – стала бы Павлиной. Это сейчас и царь Иван, и псарь Иван, а в старые времена имени придавалось куда большее значение.
– Вы о святцах? – уточнил я.
– О них, – тонко улыбнулась старушка, показав крепкие и белые зубы. – О чем же еще?
Сдается мне, я сейчас какую-то глупость сказал, вот только не понял, какую именно.
– Сделаешь – доложишь, – велела Розалия Наумовна. – Паша, пойдем ко мне, кофе выпьем. Мне тут из Бразилии Фернандо посылку прислал. Ты помнишь Фернандо?
Павла Никитична после этого так на нее глянула и даже хихикнула, что стало ясно – она Фернандо помнит, и очень хорошо.
Забавная какая старушка, уважаю таких. Они прожили интересную жизнь, с достоинством вошли в старость и, когда придет их час, смело глянут в лицо костлявой.
Любимое руководство обо мне не забыло, я значился в списке, пусть даже и на последней строчке. Ради этого стоило попотеть, причем в самом прямом смысле. Мы не банк, кондиционеров в достаточном количестве нам не полагалось, потому, когда я часа через три наконец закончил свои труды, то со стороны, наверное, казалось, что я в одежде искупался. Сейчас бы душ принять, да где его тут возьмешь? Все, что есть, – раковина в туалете и кран, из которого течет не слишком холодная вода, пахнущая железом. Центр, здесь трубы местами со времен царя-батюшки не меняли. Не потому, что нет денег и надо как-то без них держаться, а потому, что трубы эти сих пор не требуют замены.
Я запаролил тот компьютер, который предназначил для себя (если этого не сделать, то в следующий понедельник, когда выйду на работу, выяснится, что он больше не мой), с удовольствием умылся и направился к начальству с докладом.
– Розалия Наумовна, – я заглянул в кабинет, – дело сделано, все установлено, все работает. Ну а подключение к общей базе – это уже не ко мне, это надо спецов из «управы» вызывать.
