Горе городу, в котором начинается вампирская война… Потому что когда в схватку вступают два Мастера вампиров, то страдают от этого невинные. И не только неумершие — живые. Как нож с ножом сошлись в поединке за титул Принца города двое
Авторы: Гамильтон Лаурелл К.
что я сошел с ума и одичал?
Он улыбался, но глаза его были серьезны. Для него что-то значит, что я о нем думаю? Надеюсь, что нет.
– Не знаю.
– И вы решили встретиться со мной, думая, что я могу быть сумасшедшим? Как опрометчиво с вашей стороны.
– Если вам не нравится ответ, не надо было задавать вопрос.
– Очень справедливо.
Открылась дверь кабинета, и вышел Дольф с блокнотом в руке.
– Можешь ехать домой, Анита. Я завтра сверю с тобой твои показания.
– Спасибо, – кивнула я.
– Так я же знаю, где ты живешь, – улыбнулся он.
– Спасибо, Дольф, – улыбнулась я в ответ и встала.
Жан-Клод поднялся одним плавным движением, будто его подняли как марионетку невидимые нити. Ричард встал медленнее, опираясь на стену, будто у него затекли ноги. Он оказался выше Жан-Клода дюйма на три, что было не меньше шести футов одного дюйма. Почти слишком высок на мой вкус, но кто меня спрашивает?
– А с вами мы еще можем немного поговорить, Жан-Клод? – спросил Дольф.
– Конечно, детектив, – ответил Жан-Клод и пошел по коридору.
В его движениях была заметна скованность. Бывают у вампиров синяки? Не пострадал ли он в схватке? И какое мне дело? Никакого. В определенном смысле Жан-Клод был прав: будь он человеком, даже эгоистичным сукиным сыном, тогда еще была бы вероятность. Я – женщина без предрассудков, но, прости меня Господь, мужчина должен быть, по крайней мере, живым. Ходячие трупы, пусть как угодно красивые – это не мое.
Дольф придержал дверь для Жан-Клода и оглянулся на нас.
– Вы тоже свободны, мистер Зееман.
– А мой друг Стивен?
Дольф глянул на спящего оборотня.
– Отвезите его домой. Пусть отоспится. Я с ним завтра поговорю. – Он посмотрел на часы. – То есть уже сегодня.
– Я скажу Стивену, когда он проснется.
Дольф кивнул и закрыл дверь. Мы остались одни в гудящей тишине коридора. Или это у меня в ушах гудело.
– И что теперь? – спросил Ричард.
– Едем по домам.
– Меня привезла Рашида.
– Кто? – нахмурилась я.
– Женщина-оборотень, у которой рука разорвана.
– Возьмите машину Стивена.
– Рашида привезла нас обоих.
Я покачала головой:
– Значит, вы застряли.
– Похоже на то.
– Можете вызвать такси, – предложила я.
– Денег нет. – Он чуть не улыбался.
– Отлично, я вас отвезу домой.
– А Стивен?
– И Стивена, – сказала я. Я улыбалась, сама не знаю чему, но это лучше, чем плакать.
– Вы даже не знаете, где я живу. А вдруг в Канзас – Сити?
– Если это десять часов ехать, выпутывайтесь сами, – сказала я. – Но на разумное расстояние я вас отвезу.
– Мерамек-гейтс – это разумное расстояние?
– Вполне.
– Дайте я только соберу свою одежду, – попросил он.
– На мой взгляд, вы вполне одеты.
– У меня где-то здесь было пальто.
– Я подожду здесь, – сказала я.
– Приглядите за Стивеном? – попросил он, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на страх.
– Чего вы боитесь? – спросила я.
– Самолетов, пушек, больших хищников и Мастеров вампиров.
– С двумя пунктами из четырех я согласна.
– Я пошел за пальто.
Я присела рядом со спящим вервольфом.
– Мы здесь подождем.
– Я быстро, – сказал он и улыбнулся. Очень славная была у него улыбка.
Ричард вернулся, одетый в длинное черное пальто, по виду – из настоящей кожи. На его голой груди оно хлопало, как пелерина. Мне понравилась его грудь в обрамлении черной кожи. Он застегнул пальто и затянул пояс. Черная кожа шла к длинным волосам и красивому лицу, а серые тренировочные и кроссовки – нет. Он нагнулся, поднял Стивена под мышки и встал. Кожа пальто заскрипела, когда он напряг руки. Стивен был моего роста и вряд ли весил более чем на двадцать фунтов больше меня. Но Ричард нес его так, будто он был невесом.
– Бабушка, бабушка, зачем у тебя такие сильные руки?
– А моя реплика – “Чтобы крепче обнять тебя”? – спросил он, глядя на меня в упор.
Я почувствовала, как мое лицо заливается краской. Я не собиралась флиртовать, как-то это глупо получилось.
– Так вас подвезти или нет? – Голос у меня оказался хриплый и от смущения злой.
– Подвезти, – спокойно сказал он.
– Тогда бросьте острить.
– Я не острил.
Я уставилась на него в упор. Глаза у него были темно-карие, как шоколад. Не зная, что сказать, я промолчала. Почаще бы мне так делать.
Повернувшись, я пошла к машине, нашаривая в кармане ключи. Ричард шел следом. Стивен свернулся у него на груди, потуже натянув одеяло во сне.
– Ваша машина далеко? – спросил он.
– В паре кварталов отсюда. А что?
– Стивен слишком легко одет для такой
