Горе городу, в котором начинается вампирская война… Потому что когда в схватку вступают два Мастера вампиров, то страдают от этого невинные. И не только неумершие — живые. Как нож с ножом сошлись в поединке за титул Принца города двое
Авторы: Гамильтон Лаурелл К.
перестаньте!
– Что я такого делаю?
– Ладно, Ричард, пока. Скоро перезвоню.
– Я буду ждать.
– Пока.
И я повесила трубку раньше, чем он смог отпустить еще какую-нибудь шутку типа “о я несчастный”. Печально было то, что мне они нравились. Меня можно рассмешить, показав пальчик.
Я набрала номер Дольфа.
– Анита?
– Я.
– У нас еще одна жертва вампиров. Выглядит точно как первый, только это женщина.
– Проклятие! – тихо сказала я.
– Ага. Мы сейчас в Де Сото.
– Это же еще южнее Арнольда, – сказала я.
– И что?
– Ничего. Только расскажи мне, как проехать.
Он рассказал.
– Я буду ехать не меньше часа, – предупредила я.
– Труп никуда не собирается, и мы тоже.
Голос у него был обескураженный.
– Приободрись, Дольф, кажется, у меня есть ниточка.
– Выкладывай.
– Вероника Симс вспомнила имя Кэл Руперт. Описание совпадает.
– А что у тебя за дела с частными детективами, что ты с ними беседуешь? – подозрительно спросил Дольф.
– Мы с ней ходим на тренировки, и раз уж она нам дала первую ниточку, я бы на твоем месте постаралась быть чуть более благодарной.
– Ладно, ладно. Да здравствует частный сектор. А теперь выкладывай.
– Кэл Руперт около двух месяцев назад был членом ЛПВ. Описание внешности подходит.
– Убийство из мести?
– Может быть.
– Наполовину надеюсь, что это складывается в картину. По крайней мере, есть место, откуда начинать искать. – Он испустил звук средний между смехом и фырканьем. – Скажу Зебровски, что ты нашла след. Он будет доволен.
– Все мы, как Дик Трейси в кино, шпарим на полицейском жаргоне.
– Полицейском жаргоне? – Я прямо видела его улыбку над микрофоном. – Найдешь еще следы, дай нам знать.
– Слушаюсь, сержант!
– Присохла бы ты со своими остротами!
– Извините, сержант, у меня все остроты свежие. Сушеными не пользуюсь.
Он застонал:
– Мотай сюда скорее, чтобы можно было наконец разъехаться по домам!
Телефон заглох, и я повесила трубку.
Ричард Зееман снял трубку на втором звонке.
– Алло?
– Это я, Анита.
– Что случилось?
– Звонок был из полиции. Им нужна моя экспертиза.
– Противоестественное преступление?
– Да.
– Это опасно? – спросил он.
– Для того, кого убили, – да.
– Не надо, вы меня поняли.
– Ричард, это моя работа. Если вам это не нравится, наверное, нам вообще не стоит встречаться.
– Эй, не надо сразу так огрызаться. Я просто хотел знать, грозит ли что-нибудь лично вам. – Он слегка возмутился.
– Понимаю. Мне пора идти.
– А как насчет костюмов? Звонить мне моему другу?
– Конечно.
– Вы мне доверяете подбор костюма? – спросил он.
Я на несколько мгновений задумалась. Доверяю ли я ему выбор костюма? Нет. Будет у меня время выбирать костюм самой? Ой, вряд ли.
– А почему нет? – ответила я. – Нищим выбирать не приходится.
– Вот переживем вечеринку и на следующей неделе поедем ползать по грязи.
– Дождаться не могу, – сказала я.
– Я тоже, – рассмеялся он.
– Ладно, Ричард, мне пора.
– Я привезу костюмы к вам домой для осмотра. Расскажите мне, как проехать.
Я рассказала.
– Надеюсь, ваш костюм вам понравится.
– Я тоже. Поговорим потом.
Я повесила трубку и долго на нее смотрела. Слишком просто. Слишком все гладко. Наверняка он выберет для меня что-то ужасное. Мы мерзопакостно проведем время, а потом мы уже подписались на второе свидание на той же неделе. Ой-ой-ой.
Ронни протянула мне банку фруктового сока, отпивая из своей. Она взяла себе клюкву, а мне – красный грейпфрут. Клюкву я терпеть не могу.
– Что сказал этот остроумный красавчик?
– Пожалуйста, не называй его так.
Она пожала плечами:
– Извини, как-то выскочило.
Она даже милосердно приняла смущенный вид.
– Извиняю – это в последний раз.
Она ухмыльнулась, и я знала, что она не раскаивается. Но я слишком часто подкалывала ее насчет ее кавалеров. Перемена позиции – это ерунда. Расплачиваться обидно.
Солнце тонуло в полосе багрянца, как в свежей кровоточащей ране. На запале громоздились пурпурные облака. Дул сильный ветер, и пахло дождем.
Руффо-лейн – узкая гравийная дорога. На ней еле могут разойтись две машины. Под ногами хрустел красноватый гравий. Ветер шелестел в высоком пересохшем бурьяне кювета. Дорога уходила за гребень холма. И повсюду, сколько хватало взгляда, стояли полицейские машины с маркировкой и без. Дорога уходила за гребень холма. Холмов в графстве
