Горе городу, в котором начинается вампирская война… Потому что когда в схватку вступают два Мастера вампиров, то страдают от этого невинные. И не только неумершие — живые. Как нож с ножом сошлись в поединке за титул Принца города двое
Авторы: Гамильтон Лаурелл К.
улыбнулась Весельчаку: – Вы нам не освободите немножко места?
Он сморщился, но сделал шаг назад. Я положила левую руку на изогнутую кольцом руку Блондинчика. Его предплечье набухло под моими пальцами. Не знаю, напрягал ли он мышцы, или это было просто от сгиба руки. Но мы спустились по лестнице без происшествий. Одинокий Весельчак замыкал шествие.
Ламия и Рональд ждали у большого “линкольна-континенталь”. Рональд придержал дверь для ламии, потом сел на место водителя.
Весельчак рванулся открывать мне дверцу. И откуда я знала, что он так и сделает? Обычно я такого не люблю, но все это вообще было очень странным. Если бы сегодня худшее, что случилось со мной, – это что чрезмерно усердный мужчина будет открывать мне дверь машины, лучшего я бы и не желала.
Блондинчик сел со мной рядом, сдвинув меня в середину сиденья. Второй обежал вокруг и садился с другой стороны. Я оказалась между ними, как в сандвиче. Не так уж неожиданно.
Ламия по имени Мелани обернулась и сказала:
– Не стесняйся попользоваться ими по дороге. Они оба очень хороши.
Я уставилась в ее приветливые глаза. Кажется, она говорила серьезно.
Весельчак бросил руку на спинку сиденья, перебирая мои волосы. Блондинчик попытался взять меня за руку, но я ее убрала. Он стал трогать мое колено. Вряд ли лучше.
– Я не люблю секса на публике, – сказала я и переложила руку Блондинчика со своего колена к нему на колени.
Рука Весельчака обвилась вокруг моих плеч. Я подалась на сиденье подальше от них обоих.
– Отзови их, – сказала я.
– Мальчики, ее это не интересует.
Мужчины отползли в стороны как можно ближе каждый к своей дверце машины. Их ноги все равно слегка касались моих, но хотя бы других прикосновений не было.
– Спасибо, – сказала я.
– Если ты по дороге передумаешь, просто скажи им. Они любят получать приказы, правда, мальчики?
Оба с улыбками кивнули. Нет, правда, у нас получилась очень счастливая группа?
– Вряд ли я передумаю.
Ламия пожала плечами:
– Как хочешь, Анита, но мальчики будут горько разочарованы, если ты их хотя бы не поцелуешь на прощание.
Это звучало зловеще. Нет, сильнее, чем зловеще.
– Я на первом свидании никогда не целуюсь.
Она рассмеялась:
– Вот это мне нравится! А вам, мальчики?
Все трое издали утвердительные звуки. У меня было чувство, что, прикажи она им, они встанут на задние лапки и начнут служить.
Мы ехали на юг по шоссе 270. Вдоль дороги тянулись крутые заросшие травой кюветы и небольшие деревья. На холмах стояли одинаковые дома, изгороди отделяли маленькие дворики от таких же соседних. На много ярдов поднимались высокие деревья. Двести семидесятое – основное шоссе, идущее через весь Сент-Луис, но почти все время едешь среди зеленой природы.
Мы свернули на запад на шоссе 70 по направлению к Сент-Чарльзу. Налево, и направо лежали широкие плоские поля. Стояла высокая золотистая кукуруза, созревшая уже для жатвы. За полями стояло высокое здание с рекламой роялей и крытых полей для гольфа. Мимо универсального оптового магазина и стоянки подержанных автомобилей мы выехали к мосту Бланшетт.
Слева от дороги землю перекрещивали дренажные канавы, предохраняющие землю от затопления. Стояли высокие фабричные корпуса, отель “Омни” с фонтаном возвышаются вблизи дороги.
Группы деревьев попадались по-прежнему настолько часто, что их не прерывали дома, выстроившиеся слева от дороги, и выходили к реке Миссури. И на той стороне до самого Сент-Чарльза тоже тянулись деревья.
Сент-Чарльз угрозе затопления не подвергался, и потому здесь были жилые дома, кварталы магазинов, супермаркет товаров для кошек и собак, кинотеатр, аптека, ресторан и магазин “Эпплби”. Земля скрылась за рекламными щитами и крышами. Трудно было себе представить, что река Миссури совсем рядом и что когда-то здесь был лес. Земли не видно было за зданиями.
Сидя в теплой машине, где слышалось только шуршание шин по мостовой и приглушенный говор с переднего сиденья, я поняла, как устала. Даже сидя между двумя мужчинами, я готова была задремать. И зевнула.
– Далеко нам еще? – спросила я.
Ламия повернулась ко мне:
– Заскучала?
– Я сегодня еще не спала. И хочу только знать, сколько нам еще ехать.
– Ты извини за неудобство, – сказала она. – Нам ведь уже недалеко, Рональд?
Он утвердительно кивнул. Вообще он не сказал за все это время ни слова. Он вообще говорит?
– Куда мы точно едем?
Кажется, они не хотели отвечать на этот вопрос, но если поставить его иначе…
– Примерно сорок пять минут от Сент-Питерса.
– Возле Вентцвиля?
