Цветок фикуса

она улучшала свою жилплощадь, ей нужна была двухкомнатная. Таким образом, оставался только Любегин, как самый вероятный кандидат в убийцы.
Надежда колебалась недолго. Она погладила кота, который мирно спал на диване, подкралась к двери кабинета и поглядела в щелочку. Муж был поглощен работой. Казалось, это должно укрепить ее в решении быть верной женой и внимательной хозяйкой кота, то есть прилежно сидеть дома, вылизывать квартиру и вычесывать Бейсика, а также штудировать книгу о вкусной и здоровой пище и между делом накладывать на лицо питательные маски из обезжиренного творога с медом. Но нет, постояв немного у двери кабинета, Надежда Николаевна нашла в прихожей свой мобильный телефон, заперлась в ванной и набрала номер Любегина. Приглушенным голосом она назначила ему назавтра свидание в той самой своей однокомнатной квартире, где прожили они с Сан Санычем лет восемь, пока не переехали в эту. Квартира стояла пустая – раз в год в отпуск приезжала дочка с семьей, в остальное время друзья и знакомые просили приютить на несколько дней своих родственников и приятелей. Надежда редко кому отказывала.
Условились на одиннадцать утра; Любегин сказал, что вечером он занят.
Утром муж сорвался на работу пораньше, собирался нервно, так что даже наступил Бейсику на хвост и накричал на Надежду из-за порванных шнурков на ботинках – сто раз, мол, просил купить новые, но у жены вечно нет на это времени.
Надежда оскорбленно заморгала глазами и молча выложила новые шнурки на галошницу, однако муж не заметил ни шнурков, ни ее обиженного лица, поскольку, чертыхаясь, зашнуровывал ботинки. Можно было устроить скандал, но Надежда решила оставаться выше этого и гордо промолчать, в надежде, что муж поймет свою неправоту и извинится. Однако муж схватил портфель, перчатки, ключи от машины и убежал, даже не попрощавшись.
– Вот так, – сказала Надежда коту, – как больно ранит несправедливость! Ну, если бы я действительно забыла купить эти самые шнурки, тогда, конечно, беспрекословно выслушала бы все его претензии. Все-таки мужчины – ужасные люди. Сам говорит, чтобы я ничего не делала, только берегла свое здоровье, а потом ругается из-за такой ерунды! И даже не извинился!
Бейсик вылизывал оттоптанный хвост и был полностью с Надеждой согласен. Она же решила, что раз муж повел себя с утра так безобразно, то у нее полностью развязаны руки. А сейчас не время рассиживаться и копить обиды, к одиннадцати придет Любегин, между прочим, самый вероятный кандидат в убийцы.
Она оделась поскромнее – в то самое непромокаемое пальто с капюшоном. Кто его знает, этого Любегина, может, он не только убийца, но и грабитель – вдруг польстится на ее норковую шубку. Жалко, все-таки подарок мужа. При мысли о муже Надежда уже не испытывала злости и обиды. Характер у Надежды Николаевны был отходчивый, так что, немного поостыв, она сообразила, что раз ее всегда спокойный и вежливый муж позволил себе утром наорать на жену, как самый обычный среднестатистический мужчина, стало быть, у него и вправду большие неприятности на работе. Эти неприятности когда-нибудь кончатся, а ей, Надежде, лучше не попадаться пока мужу под горячую руку и не обращать внимания на его реплики.
Она очень удачно добралась до своей квартиры, встретив по дороге только двух неблизких знакомых, так что дело ограничилось десятиминутной краткой беседой.
В квартире было душновато, а так все нормально. Надежда решила воспользоваться случаем и навести порядок. Она открыла форточки, вытерла пыль с мебели и подоконников, поправила занавески. Стрелка на часах подходила уже к половине двенадцатого, когда на площадке послышался какой-то шум, затем раздался звонок в дверь. Надежда открыла не спрашивая, потому что на лестнице слышались голоса.
На пороге стояла соседка Лариса Павловна.
– Здравствуй, Надя! – сказала она, придав своему глубокому контральто преувеличенно-радостную интонацию. – А я к тебе гостя привела!
– Какого еще гостя? – невежливо пробурчала Надежда Николаевна, она Ларису слегка недолюбливала за неумеренную склонность к сплетням и злословию.
– Вот. – Лариса посторонилась, и на пороге появился весьма скромного вида индивидуум в зимнем пальто с потертым воротником и старомодной шапке с козырьком, которую Надеждина мать по старой памяти называла «фрицевкой». В руке потертый тип держал на отлете коробку с пирожными.
– Здрасьте! – сказал тип. – Ну до чего вас найти трудно!
– Вы кто – Любегин? – отрывисто спросила Надежда.
– Ну да! – радостно закивал он. – Уф! Умучился по этажам бегать!
– Слава Богу, воссоединились! – противно засмеялась Лариса. – А я иду, смотрю – мужчина симпатичный по этажам