Снова «попаданец». Еще вчера он был офицером Вооруженных сил РФ, а сегодня он двенадцатилетний подросток, сын куренного атамана Войска запорожского Низового. Судьба преподнесла в новом мире подарок, у героя появилась настоящая семья. Окончив Артиллерийский и инженерный шляхетный кадетский корпус, герой достигает высокого положения в армии за счет своей целеустремленности и ума. Для Степана честь и совесть не пустые слова. Естественно в романе имеется любовь, прогрессорство и влияние на события начала XIX века.
Авторы: Nicolson Nicols
сопровождали местные проводники, земское ополчение и партизаны из крестьян составляли наш резерв.
Моим людям переправляться не нужно, полоса атаки проходила по суше. Скрытно приблизились к окраине города в сумерках, никакого охранения или застав врага не встретили. О безопасности не заботятся наши противники, нам же лучше. Перекрыли дорогу на Борисов, и начали возводить укрепления и позиции для артиллерии. Первую скрипку в сражении будет играть Багратион, после его первых выстрелов, все группировки разом навалятся с разных сторон.
Ожидал утра и волновался, словно завтрашняя атака для меня первая в жизни. Объяснить причину волнения не мог. Может, просто устал от постоянных боев и стычек, от крови, льющейся с обеих сторон. Ничего, надо ещё немного потерпеть, а там глядишь, и мир наступит, отдохну, оттаю душой и телом в кругу семьи. Как ни отгонял романтические мысли, а взгляд очаровательных зелёных глазок моей любимой жёнушки, был все время при мне, а медальон с её изображением, висевший на шее, согревал сердце. Я как бы ощущал рядом присутствие любимой. Видать Степан Иванович, ты сильно истосковался по Софии, чудится тебе её взгляд и все остальное грезится. Надо настраиваться на жестокий бой, хватит расслабляться.
Рассветный туман потихоньку исчезал, открывая взору городок Орша. Самый обыкновенный, заштатный город, без каких-либо достопримечательностей в виде замков. Церкви имеются, но тоже самые обыкновенные, деревянные. Еще несколько минут и мирную идиллическую картину нарушат разрывы снарядов, вопли раненых и умирающих.
Грянул выстрел орудия с северной стороны, и разом взорвалось все небо. Только с него на головы французов, полился не дождь, а посыпались мины и снаряды. Моментально рассвет окрасился большим количеством разрывов, и начинающимися пожарами. Артиллеристы, действуя в соответствии с приказом, вели беглый прицельный огонь. В подзорную трубу я наблюдал за противником. Возле домов и по улицам бегали полуголые люди, пытающиеся скрыться от губительных осколков. Удавалось это единицам, основная масса мечущихся неподвижно застывала там, где их достали взрывы. Примерно через полчаса обстрела, я заметил бегущих к нашим позициям людей, с белым полотнищем, закреплённом на древке знамени. Наверное, хотят сдаться, или затеять переговоры, подумалось. Приказал «парламентёров» не убивать, а доставить ко мне. Примем и поговорим. Артиллеристам, приказ о прекращении огня не отдавал, ещё не всю норму боеприпасов выпустили. С севера и юга Орши канонада тоже не утихала, значит, к Багратиону и к Григорьеву «делегаций» не было.
Подвели капитана в разорванном и грязном мундире.
— Господин генерал, — со слезами на глазах обратился капитан, — прошу вас, прекратите обстрел, город уже горит со всех сторон, мои товарищи гибнут от ваших ядер и огня. — Спасите нас, пожалуйста!
— Вы капитан уполномочены вести переговоры? А где ваши маршалы и генералы?
— Я не знаю. Никто не давал мне право вести переговоры, это моя инициатива. Хочу лишь спасти своих земляков, до остальных мне нет дела.
— Мы прекратим обстрел, но вы пойдёте к своим командирам и передадите ультиматум о капитуляции. Даю вам ровно час на принятие решения. В противном случае, мы возобновим обстрел, и закончим его после полного уничтожения ваших сил.
Отправил посыльных к Багратиону и Григорьеву. Раз появилась перспектива взять город без потерь, грех не воспользоваться. Своим пушкарям дал отбой стрельбы.
Капитан побежал к Орше, словно за ним гналась свора собак. Капитан-капитан, услышали бы тебя генералы! А то, из-за своей гордости и тщеславия они пристрелят тебя ненароком, сочтя паникёром.
Спустя полчаса установилась относительная тишина. На рёв пламени горящих домов никто не обращал внимания, как и на крики гибнущих в огне французов.
Вдруг в нашу сторону из горящего города рванул огромный табун лошадей. Никто его не направлял и не подгонял, обезумевшие от страха лошади самостоятельно искали спасение. У некоторых животных горели хвосты и гривы, они, в некоторой степени, напоминали небольшие горящие кометы.
Мои солдаты в спешке покинули ближайшие окопы. Оказаться на пути лавины коней, смерти подобно.
Огненный смерч коней унёсся по тракту в наш тыл. Там ему никто не помешает, наши повозки надёжно укрыты в лесу, а боль от ожогов и страх гнал животных подальше от пылающего города. Ничего, наши хозяйственные казаки выловят лошадей, и пристроят к делу.
Прозвучала в городе серия частых и сильных взрывов, похоже, огонь добрался до складов с порохом.
Отведённое время закончилось, желающих сдаваться, как это ни прискорбно, не наблюдалось. Выпустив по городу
