Снова «попаданец». Еще вчера он был офицером Вооруженных сил РФ, а сегодня он двенадцатилетний подросток, сын куренного атамана Войска запорожского Низового. Судьба преподнесла в новом мире подарок, у героя появилась настоящая семья. Окончив Артиллерийский и инженерный шляхетный кадетский корпус, герой достигает высокого положения в армии за счет своей целеустремленности и ума. Для Степана честь и совесть не пустые слова. Естественно в романе имеется любовь, прогрессорство и влияние на события начала XIX века.
Авторы: Nicolson Nicols
качественно провёл контроль, таким жёстким способом. Какого-либо оружия не обнаружили, подобрано все. Выложенные ровными рядами трупы, несколько озадачили. Зачем так поступили партизаны? Устрашали завоевателей? Немного не логично. Эта дорога, не является такой уж и оживлённой Вопросы.
К концу дня, вновь наткнулись на место боя. Здесь тела погибших врагов, валялись в живописном беспорядке. У трёх орудий были заклёпаны запальные отверстия, лафеты порублены топорами, а колеса сняты. По характеру ран определили, что, примерно роту пехотинцев и полуроту артиллеристов, порубили кавалеристы. Опять же, все полезное для войны было унесено. Повстречаться бы с этими лесными воинами, да скоординировать действия, глядишь, и пользы больше было.
Пришлось добавить количество казаков в передовых и в боковых дозорах, чтобы вовремя среагировать на возможную опасность.
Где-то в двадцати вёрстах от нашей цели, зашли на небольшой хутор, со смешным названием Хорьки. Название смешное, а картина в нем ужасная. Все пространство в округе хутора, и сам населённый пункт, были усеяны трупами в одежде российских крестьян и наполеоновских солдат. Все говорило о жестоком бое, разыгравшемся у данного населённого пункта. Казаки тщательно осмотрели округу версты на две, пытаясь найти живых очевидцев. Безуспешно. Привезли два трупа французов, раненые хотели уйти из хутора, но не судьба. У обоих в сердцах забиты деревянные колья. Крестьяне здесь с демонами воевали, что ли? Загадочней и загадочней, а спросить не у кого, не обнаружила разведка рядом никого живого. Следы указывали, что неизвестное формирование ушло в южном направлении, куда собственно, и мы стремимся попасть. Следов отхода французов не обнаружили, похоже, все полегли. Наверное, фуражиры некстати нагрянули, и получили от души. Крестьян жалко, насчитали сорок восемь душ. Меня, правда, удивило. Почему не произведено захоронение погибших? Кто-то помешал? Так присутствие большого количества людей в округе не выявлено. Странно.
В десяти вёрстах на юг от Смоленска в густых лесах размещали свою армию. Строили временные укрытия от непогоды, оборудовали позиции для минометов на нескольких лесных дорогах и тропах. Перекрывали дозорами и караулами любые подходы к местам расположения.
Взяв две сотни казаков сопровождения, отправились с Багратионом на совещание в пригороде Смоленска, дата и место были заранее оговорены с императором. Заодно взял с собой своего друга Калача. Я решил перевести его в другую армию до начала сражения, не хотел его оставлять в своём подчинении, во избежание так сказать.
В деревне Станички располагалась ставка императора, там же находилось командование всей группировки войск, собранных для предстоящего сражения. Надо отметить, что охрана деревни была организована хорошо. Еще на дальних подступах, нас встретил разъезд драгун. Опознавание прошло успешно, офицеры знали Багратиона в лицо. Мы и наш эскорт, под приглядом драгун, были препровождены в деревню, и переданы полковнику Шитову.
У штаба простился с Остапом. Калач сказал мне на прощание, что с этого момента мы с ним никогда не встречались, не учились в одном корпусе, и никогда не дружили. Если вместе сведёт судьба, то он мне руку никогда не подаст. Что сказать, Бог ему судья.
На следующий день Багратион отправился к императору с докладом, представлять ему полный и обстоятельный рапорт о действиях особой армии за весь период боев. Я не поехал, готовил диспозицию для нашей армии, так как во второй половине дня намечался военный совет.
— О и эти двое тут как тут, — улыбнулся Кутузов, — прибежали сюда с Кавказа, как будто без вас Петр Иванович и Степан Иванович, мы француза не одолеем!?
— Михаил Илларионович, — спокойно произнёс Александр І, — разрешите вам представить генералов Петрова и Степанова. — Наверное, пришло время всем открыть истинных возмутителей спокойствия во французских тылах.
— Ваше императорское величество, вы хотите сказать, что эти два молодца, — удивился Кутузов, — почти два месяца режут французов по лесам?
— И не только по лесам, они ещё и города освобождают. Правда, иногда, так освободят, что остаются одни головешки. Это я говорю об Орше. Добежали до нас местные жители, рассказали о взятии города.
— Я тоже слышал об этом, только думал, преувеличивают потери французов.
— Может и преувеличивают. Только наши лазутчики уже седмицу не могут найти сведений или упоминаний о маршалах Неё и Мюрате, находившихся в Орше. Смею предполагать, что их души упокоились при участии войск Багратиона и Головко. Ладно господа генералы, после совещания у вас будет время поговорить, а сейчас давайте выслушаем генерала
