Снова «попаданец». Еще вчера он был офицером Вооруженных сил РФ, а сегодня он двенадцатилетний подросток, сын куренного атамана Войска запорожского Низового. Судьба преподнесла в новом мире подарок, у героя появилась настоящая семья. Окончив Артиллерийский и инженерный шляхетный кадетский корпус, герой достигает высокого положения в армии за счет своей целеустремленности и ума. Для Степана честь и совесть не пустые слова. Естественно в романе имеется любовь, прогрессорство и влияние на события начала XIX века.
Авторы: Nicolson Nicols
Польши. А спустя полвека их стали считать оккупантами, принёсшими страдания на польские земли, и так далее и тому подобное. Вот такая цена благодарности за подаренную независимость и возможность жить. Нет, я не идеализирую советский период, там было очень много негативных моментов, но память об освободителях можно было и не уничтожать. К жёсткому способу захвата Варшавы, я начал склоняться после воспоминаний о своём участии в Итальянском походе. Тогда легионеры Домбровского чуть не отправили меня, вместе с погибшим батальоном к праотцам. Лишь чудом я избежал смерти. Хорунжий Сапега, тоже вспомнился. О, да у меня к польской шляхте личный счёт проявляется. Ай-ай, нельзя личную неприязнь смешивать с государственным интересом. Получается, что я могу скатиться к личной мести, используя всю мощь нашей армии. Надо попытаться найти компромиссное решение.
— Что генерал, не можешь определиться со способом взятия Варшавы? — весело спросил Багратион. — Хочешь малой кровью её захватить? Или стать в осаду?
— Осада и блокирование польской столицы, наиболее лёгкий вариант, но времени для этого у нас нет. Император нам поставил задачу, максимально быстро продвигаться вглубь Европы. Если начнём осаждать столицу, то потеряем кучу времени. Надо что-то придумать.
— Знаешь, я давно здесь бывал, еще с Суворовым подавляли восстание, насмотрелся. Мы тогда часто захватывали семьи местных магнатов в заложники. Боясь за жизнь родственников, магнаты переходили на нашу сторону, разрушая разные там союзы и договора между воеводствами. Сейчас, действовать подобным способом, не получиться, разбрелись они по всему миру. Не соберём заложников. Давай не будем забивать голову дурными мыслями. Поляки присягали нам, а потом целовали руки Бонапарту, надеясь, что он предоставит им независимость. Этого не случилось. Французам не нужна независимая Польша, потому что очень много территориальных вопросов с соседними государствами. Если следовать букве закона, то поляки изменили нашему государю, следовательно, подлежат наказанию. Мирных жителей мы попросили покинуть город. Ты сам видел длинные колоны беженцев, уходящих на запад. Руки у нас развязаны, мы в своём праве. Предлагаю подтянуть артиллерию и начать бомбардировку Варшавы, но не сплошную, а выборочную, бить по позициям французов. Разведчики тебе уже привели «говорунов»?
— Да. Отметил я на плане города казармы солдат, склады и конюшни кавалерии. При стрельбе, разрушения неизбежны, но хотелось бы сохранить красоту города, и своих солдат не погубить.
— Разрушенные дома можно восстановить, а жизнь погибшему воину не вернёшь Не терзай себя лишний раз, мы предлагали мирно решить проблему. Французы отказались. Завтра сможем начать обстрел?
— В любую минуту, все давно готово.
— Тогда пускай пушкари врежут, как следует, а там посмотрим.
Утром следующего дня к коменданту Варшавы был повторно направлен парламентёр с требованием сдачи города. Французам обещали оставить продукты питания и обоз для перевозки личного имущества. Оружие и боеприпасы подлежали сдаче. Офицерам оставляли холодное оружие. Получили категорический отказ.
Спустя час, обстрел Варшавы начался. Артиллеристы выпустили по два десятка боеприпасов, по указанным целям. Ожидаемо, вспыхнули пожары, началась паника. Минометами обработали позиции французской пехоты. Эти подразделения еще не сталкивались с нашими подарками, и были очень удивлены, отдельные до смерти. Французы начали поспешно отступать в город, и возводить там баррикады.
И после обстрела французы не пожелали выкинуть белый флаг. Жаль. Тогда мы подожгли со всех сторон предместья столицы, попробуем выкурить обороняющихся, и очистить себе подступы к городу.
Пока горело предместье, я приказал формировать ротные штурмовые группы. Сотня пехотинцев, усиливалась одной пушкой С1 и взводом минометов. Пушкой с дальней дистанции должны разносить баррикады, а минометы уничтожать живую силу. Пехота осуществляет контроль и добивает выживших солдат противника.
Произвели еще один массированный обстрел города, а затем пошли штурмовые группы.
Организованного сопротивления французы оказать не смогли. Были отдельные и разрозненные группы солдат. Их наши войска быстро уничтожали, и продвигались к центру города. Была отчаянная попытка польских кавалеристов прорваться из Варшавы в западном направлении. Но на узких улочках, миномётным огнём, всадников и лошадей смешали в огромные кровавые кучи.
Спустя три часа, французы начали сдаваться, вначале группами по десять-двадцать человек, а затем ротами. По всей видимости, управление войсками было потеряно, и солдаты,
