Академия Ремесла принимает новых учеников, и этот курс будет не таким, как все предыдущие. Хотя бы потому, что в Академию поступила вампирша из таинственного «дневного» клана. А еще каким-то чудом смог пройти испытания главный герой — выходец из благородной семьи Никерс, обладающий весьма посредственными магическими способностями, которых едва хватает на включение обычной бытовой лампочки.
Авторы: Кош Алекс
на меня. – Это он какой‑то неправильный. Нормальные люди после лечения вообще спать должны.
Судя по тому, как она смутилась, друиды, так же как и вампиры, умеют читать мысли. Или у меня всё и так на лице написано?
– А я уже поспал, – заявил я. – И очень хорошо выспался. Теперь самое время чего‑нибудь перекусить.
Мелиссия и Невил ещё долго смотрели на меня очень подозрительно, будто опасаясь, что мой завод вот‑вот кончится, и я усну на середине фразы. Но я себя чувствовал просто замечательно, и ничего подобного делать не собирался.
За чашкой чая я болтал всякую чушь, а сам размышлял, что мог означать мой сон. Если он вообще мог что‑то означать. Уж больно крысы умные оказались, хотя мыслей как таковых там не было, только ощущения… но какие‑то слишком уж человеческие. Или это я сам пропускал их ощущения сквозь себя и преобразовывал в понятный мне вид? Вопрос о правдивости видения я уже не ставлю – и так ясно, что просто так мне теперь ничего не снится. Каждый сон – или видение? – имеет какое‑то значение. Нужно лишь понять… ощутить…
– Вы мне можете описать этих крыс? – уже в третий раз спросила Мелиссия.
– Да обычные крысы, – ответил я. – Только изо рта гадость какая‑то торчит вроде змеи или червя.
– Паразит что ли? – предположила друидка.
– Я‑то откуда знаю?! – не выдержал я. Поскольку вся общительность Невила в присутствии Мелиссии периодически куда‑то пропадала (иногда он просто терял нить разговора, тупо уставившись на друидку влюблёнными глазами, а Мелиссия старательно делала вид, будто ничего не замечает), на все вопросы приходилось отвечать мне, и я уже откровенно устал повторять одно и то же.
– А размером крысы, вы говорили, почти с руку?
– Длинной с руку, – поправил я. – Что касается размеров, то они были довольно массивные, откормленные, я бы сказал. На зерне‑то, да на хлебушке с железом…
– При чём тут железо? – не поняла Мелиссия.
– Так крысы же жрали всё подряд, от обычных продуктов до дерева и железа, – подал голос Невил. – Нам хозяин склада говорил, да и мы сами видели обглоданные железные ящики.
Друидка чуть не подавилась чаем.
– Ничего себе крысы! Тогда понятно, почему одна из них Заку чуть полплеча не отхватила!
И не говори, я сам очень огорчился. Без половины плеча мне было бы как‑то не очень уютно…
– …Да и вообще, судя по вашему описанию, это и не крысы вовсе, а нечто очень странное.
Вообще‑то действительно, дракон знает что, а не крысы получаются. На солнце сгорают, как самые настоящие вампиры, изо рта торчат непонятные зубастые твари, да ещё и жрут эти крысы всё подряд, в том числе и меня любимого. Бред какой‑то. Впрочем, всё, что связанно с мерзкой Тварью из моего видения, можно охарактеризовать этим словом. Мне сразу стало понятно, что грызуны каким‑то образом связаны с Тварью, едва из пасти крысы появилась визжащая пакость, а последнее видение лишь подтвердило все мои подозрения.
– Невил говорил, что вы с помощью заклинания смогли увидеть того убийцу… – прервала мои размышления Мелиссия. – Судя по его описанию, это существо связано с крысами.
А то я не знаю.
– Я тоже так подумал, – согласился я. – Но что нам это даёт?
– Очень многое, – веско сказала друидка. – Особенно, если у вас есть знакомый специалист по живым существам.
Это она о себе, как я полагаю. Что ж, если Мелииссия сможет нам помочь, это будет просто замечательно.
– Можно провести короткий анализ на основе ваших рассказов, – продолжила она. – Прежде всего, то, что торчало у крыс изо рта и у той Твари из пальцев, по вашему описанию, больше всего напоминает паразита. Что‑то вроде существа, живущего в другом существе, в данном случае в крысе.
– Но у Твари‑то они торчали из рук, – напомнил я.
– Тварь – это отдельная тема, я мало что могу сказать, пока сама её не увижу, а ещё лучше исследую. Мне кажется, что она служит разносчиком этих паразитов, хотя это всего лишь моё предположение. Кроме того, вы говорили, что эти визжащие зубастые штуки зубастые?
– Ещё какие! – хором ответили мы.
– Однако на ранах убитых не было никаких следов зубов.
– Конечно не было, – согласился я. – Пальцы‑змеи же высасывали кровь после того, как Тварь резала глотку жертве.
Друидка вскочила из‑за стола и принялась ходить туда‑сюда по комнате.
– Вот! Теперь я точно уверена, что не ошиблась! В природе не бывает случайностей: если у существа есть ласты – значит, оно может плавать, если у него есть ноги – ходить, а если есть зубы, то оно должно кусать! А раз у этих паразитов есть зубы, но питаются они кровью… то зубы им нужны для чего‑то другого!
– Чтобы людей пугать, – предположил я.
– Нет, чтобы прогрызать
