Академия Ремесла принимает новых учеников, и этот курс будет не таким, как все предыдущие. Хотя бы потому, что в Академию поступила вампирша из таинственного «дневного» клана. А еще каким-то чудом смог пройти испытания главный герой — выходец из благородной семьи Никерс, обладающий весьма посредственными магическими способностями, которых едва хватает на включение обычной бытовой лампочки.
Авторы: Кош Алекс
маленькое враньё, но как бы случайно не проколоться по возвращению в Академию. За такое могут и по шее надавать.
– А что вы тут делаете? – уже немного спокойнее спросила девушка.
– Тебя, дуру, от вампира спасаем, – охотно пояснил Чез. – Помнишь такого?
Темноволосая девушка вспомнила, её глаза закатились, и произошла повторная потеря сознания.
– Я её не понесу, – сразу предупредил я. – Она мне и так синяков наставила.
Алиса не удержалась и тихонько рассмеялась в кулачок.
– Ясно, – вздохнул Чез. – Придётся мне. Не думаю, что Наив достаточно пришёл в себя… Эй!
Викерс‑младший подорвался к девушке и бережно поднял её с земли.
– Ты же ещё слишком слаб! – запротестовали мы.
– Ничего, она лёгкая. К тому же, я, кажется, знаю, где она может жить.
– Ага, – согласился Чез. – Судя по одежде и поведению… дорога нам в «золотой» квартал.
И как это я не обратил внимания? У неё довольно стильный красный костюм, приблизительно позапрошлого сезона Литы. Видимо, она из довольно богатой семьи.
– Надеюсь, по пути она очнётся, – вздохнул Чез. – Не хочется всю ночь бродить в поисках её дома.
Самостоятельно искать дом спасённой девушки нам не пришлось. Вскоре она очнулась и, собравшись с мыслями, объяснила, куда её отнести. Между прочим, из рук Наива она вырывалась не так активно, как из моих. Точнее, совсем не вырывалась, а когда мы проводили её до дома, девушка даже поцеловала Викерса‑младшего в щёку в знак благодарности. Причём нам с Чезом ничего подобного почему‑то не досталось. Обидно! Ведь мы спасли её все вместе, а отблагодарили только Наива. Хоть бы спасибо что ли сказала… Так ведь нет, поцеловала огненного мальчика и убежала. Спрашивается, чего ж Наив её всю дорогу тащил на руках, если она так запросто бегает?
Весь обратный путь мы во всю обсуждали стычку с вампиром.
– Знаете, – задумчиво произнесла Алиса. – Мне кажется, это был очень молодой вампир.
– Да ладно, они же все молодо выглядят, – не понял я. – Вон, Кельнмиир по внешности чуть ли не моложе меня.
– Просто мы с ним слишком легко справились, – пояснила вампирша. – Если бы это был опытный вампир, то наша четвёрка ничего бы ему не сделала.
Следующий десяток минут мы потратили на споры о нашей безусловной, на взгляд Чеза, силе. По его словам, наша слаженная команда, при желании, могла бы разобраться и с парочкой истинных вампиров. Алиса же напирала на скудность наших знаний, и я склонен был с ней согласиться. Ну, выучили несколько заклинаний, но куда нам до потомственных вампиров? При прочих равных вампир долгожитель равноценен по силе Высшему Ремесленнику!
Помимо споров о нашей невероятной в масштабах вселенной силе, Алиса нам прочитала очередную лекцию о вампирах. На этот раз мы узнали много нового о низших, заражённых «вампиризмом» посредством укуса.
По её словам, у каждого пятидесятого укушенного был шанс остаться человеком, а у остальных после укуса вампира начинался процесс изменения души. Она чернела, и очень быстро преображался и сам человек. Светлая энергия солнца становилась для него губительной, но были и небольшие преимущества: он переставал стареть и даже молодел, застывая в промежутке между восемнадцатью – тридцатью годами, кроме того, он получал неплохую реакцию и способность к регенерации. На этом всё хорошее заканчивалось, и шли исключительно отрицательные эффекты. Прежде всего, это резкое ухудшение характера, степень которого зависела только от личных качеств человека, а так же знаменитая жажда крови. Никаких психокинетических способностей низшие вампиры так же не получали, оставаясь лишь жалкой пародией на истинных вампиров.
Неожиданно к её рассказу присоединился Наив и поведал нам об отношении к низшим вампирам в Крайдолле. Невил уже как‑то пытался объяснить всю противоречивость и неоднозначность положения низших в обществе… Родные семьи с заражёнными поступали по‑разному: кто‑то отказывался от таких родственников, а кто‑то, наоборот, всячески старался помочь и сохранить их в семье. Правда, в большинстве случаев, вампиры сами уходили от родственников, предпочитая общество себе подобных. Жители города относились к недовампирам по‑разному: кто‑то жалел, кто‑то не любил, но, в любом случае, все старались держаться от них подальше. Стража постоянно сажала низших в тюрьму за беспорядки, но более серьёзных провинностей за ними не числилось. Общество низших было довольно обособленным и все вампиры следили друг за другом – если кто‑то творил совсем уж непотребные вещи, вроде убийства, или ещё чего, его сдавали страже соплеменники. Так они и жили – застыв где‑то между положением изгоев и бедных родственников.
Под чрезвычайно
