Академия Ремесла принимает новых учеников, и этот курс будет не таким, как все предыдущие. Хотя бы потому, что в Академию поступила вампирша из таинственного «дневного» клана. А еще каким-то чудом смог пройти испытания главный герой — выходец из благородной семьи Никерс, обладающий весьма посредственными магическими способностями, которых едва хватает на включение обычной бытовой лампочки.
Авторы: Кош Алекс
знаю, за что они меня так невзлюбили. Конечно, я периодически похищал местных для своих опытов, но всего по два‑три человека в месяц. Кто считает такие мелочи?
Я представил, сколько людей пропало в городе за те десятки, а то и сотни лет, что Вельхеор проводил свои опыты, и ужаснулся.
– Действительно странно, – охрипшим голосом проговорил я. – Мы, люди, такие существа злопамятные. И чего они тебя не любят? Ведь на пустом месте практически…
– Ничего ты не понимаешь, – расплылся в улыбке вампир. – Полюбят тебя или нет – это вопрос везения, а вот чтобы тебя по‑настоящему ненавидели, нужна индивидуальность.
– Вот они тебя и ненавидят индивидуально.
Вампир сменил довольную улыбку на звериный оскал:
– Да все жители Лайминга запуганы до смерти близостью земель вампиров и Великого Кладбища… Кстати, давай поднимемся на стену! – неожиданно сменил тему разговора Вельхеор. – Оттуда открывается просто шикарный вид, тебе точно понравится!
Всю дорогу я чувствовал на себе множество подозрительных взглядов. Жители Лайминга безошибочно опознавали в нас приезжих и буквально на каждом шагу норовили толкнуть, подставить подножку или сделать еще какую‑нибудь гадость. Одна особо проворная дама чуть было не окатила нас помоями из ведра, и если бы не ловкость Вельхеора, воняли бы мы с ним так, будто целый день провалялись в выгребной яме.
– Что‑то не похожи они на запуганных до смерти людей, – заметил я, провожая взглядом очередную вооруженную до зубов влюбленную парочку.
– Страх бывает разный, – авторитетно заявил Вельхеор, ловко лавируя в толпе. – Жители Лайминга так долго жили в постоянном ужасе, что в один прекрасный момент он перерос в злость. Они как загнанные в угол животные – готовы драться до конца с любым противником.
Я озадаченно посмотрел на вампира:
– А это разве не храбрость?
Мы дошли до частокола из огромных бревен, окружавшего весь город, и начали подниматься по ступенькам.
– Храбрость – это умение превозмочь страх, – терпеливо начал объяснять Вельхеор. – Бояться, но, несмотря ни на что, идти вперед. А когда вместо того чтобы заглянуть своему страху в глаза и победить его, человек превращается в боящееся всего и вся агрессивное существо… Ну это так не эстетично, честное слово.
Неожиданное окончание монолога заставило меня сбиться с шага. С трудом сдерживая смех, я поинтересовался:
– И давно ты эстетом стал?
– Да я всегда им был, – пожал плечами Вельхеор. – Знаешь, как я красиво пью кровь из людей? Ни капельки на одежду не прольется. Я тебе как‑нибудь покажу.
Я поморщился:
– Вот только без подробностей. И демонстраций устраивать тоже не надо.
– Тебе пора привыкать, – хихикнул вампир. – Мало ли, вдруг наше путешествие не увенчается успехом. Тогда тебе придется учиться жить в шкуре низшего вампира. Без Ремесла, солнца и дальнейших перспектив.
Мы поднялись на стену и застыли, наслаждаясь удивительным видом. Точнее, наслаждался им Вельхеор, что же касается меня, я так и не смог разобраться в чувствах, возникающих при взгляде на бесконечные могилы, кресты и гробницы. Я никогда еще не был на Великом Кладбище, но неоднократно слышал душещипательные рассказы о нем. Изображения этого места на страницах книг казались настолько невероятными, что я просто не воспринимал их всерьез. Как выяснилось – зря. Подобный пейзаж едва ли мог вызвать положительные эмоции у кого‑либо, кроме Вельхеора. Уныние? Да. Приступ пессимизма – сколько угодно. Очевидно, вампир специально выбрал именно это время, чтобы показать мне Великое Кладбище. Закат усилил и без того ошеломляющий эффект, и я застыл, не в силах пошевелить и пальцем. Да что там, я даже моргнуть боялся. Стоял и смотрел на окрашенные красным светом кресты и гробницы. Сотни, тысячи… сотни тысяч.
– И что, никому не пришло в голову… – Я запнулся, так и не закончив мысль.
– Снести все это? – догадался Вельхеор. – Все эти бесконечные кресты, склепы и могилы?
Мне оставалось лишь неуверенно кивнуть.
– И растоптать память о похороненных здесь людях? Тысячи лет здесь хоронили жителей Империи и Приграничья. Жертвы сумасшедших магов, внутренних распрей, вампирских войн, набегов пиратов… мужчины, женщины, дети. Вот так запросто удалить все это с равнины и из памяти?
– Ну в памяти можно и оставить, – смутился я.
Вельхеор пожал плечами и облокотился на одно из бревен:
– Как и все серьезные шаги, уничтожение Великого Кладбища требует определенной решительности. Последний Император не обладал подобным качеством, а новый… Интересно, а кто будет новым Императором? Как думаешь?
Только не я!
– Понятия не имею, я не
