Академия Ремесла принимает новых учеников, и этот курс будет не таким, как все предыдущие. Хотя бы потому, что в Академию поступила вампирша из таинственного «дневного» клана. А еще каким-то чудом смог пройти испытания главный герой — выходец из благородной семьи Никерс, обладающий весьма посредственными магическими способностями, которых едва хватает на включение обычной бытовой лампочки.
Авторы: Кош Алекс
в мои сны, но этим и ограничился.
– Слушай, мы идем уже часа полтора, но даже не приблизились к башне, – заметил я, когда инструктаж Мирона подошел к концу.
– А что тебе не нравится? Хорошая прогулка под солнышком.
– Отличная, – согласился я. – Но кушать хочется. Да и мне необходимо как можно быстрее вернуться в форт. Мои друзья находятся в плену, если ты не забыл.
– Ладно, – пожал плечами Мирон. – Как скажешь. Подойди ко мне.
Не поняв, зачем ему это нужно, я подошел ближе и тут же ослеп от яркой вспышки.
Действие 2
Когда ко мне вернулось зрение, я увидел, что нахожусь в помещении с металлическими стенами и огромными окнами, в которых виднеется лишь желто‑алое небо.
– Предупредил бы хоть, чтобы я глаза закрыл, – зло сказал я, осматриваясь по сторонам. – Минутку, так ты с самого начала мог перенести нас сюда? Зачем тогда эта прогулка?!
– Артефакту требовалось время на подзарядку, – покачал головой Мирон. – Я решил, почему бы не прогуляться, пока у нас есть свободное время. Заодно аппетит нагуляли.
Конечно, когда мы шли по землям вампиров, у Мирона характер тоже был не сахар, но теперь он стал просто невыносим.
– Я аппетит нагулял еще полдня назад, – сказал я, сверля его недовольным взглядом.
– Чем ворчать, лучше выгляни из окна, вид просто потрясающий, – поспешно сказал Хранитель. – А я пока распоряжусь по поводу еды.
Я послушался его совета, подошел к широкому окну да так и застыл в оцепенении. Не знаю, на каком этаже мы сейчас находились, – на сотом или тысячном, но подобную высоту даже представить сложно. Как и говорил Мирон, весь этот мир состоял из гигантской пустыни. А с такой высоты линия перехода песка в небо становилась попросту незаметной, и возникало ощущение, будто небеса везде – и внизу, и наверху, и передо мной.
– Красиво, не правда ли? – раздался рядом со мной незнакомый голос.
Мне стоило невероятных усилий не подскочить от неожиданности, но общение с Высшими вампирами приучило к тому, что отдельные гадкие личности могут двигаться совершенно бесшумно.
– Неплохо, – согласился я, повернувшись к новому собеседнику. – Мы знакомы?
– Вот уж вряд ли, – с усмешкой ответил парень примерно моего возраста. – Хотя говорят, мы родственники.
– Закериал? – спросил я, с интересом рассматривая собеседника. – Что‑то ты не выглядишь на все свои… сколько их там накопилось‑то?
Загорелый парень с длинными темными волосами до плеч, тонкими чертами лица и носом горбинкой совершенно не походил на моего родственника.
– Думаю, около четырехсот, – прикинув что‑то в уме, ответил он. – Видишь ли, между миром, в который я попал, и твоим есть некоторое расхождение в течении времени. К тому же я еще не решил, какой из миров теперь называть своим. Родился‑то я в твоем мире, но большую часть жизни провел в другом. И кстати, зови меня Константин, мне так привычнее.
Как‑то он не выглядел на четыреста лет. Я бы и тридцати ему не дал. То есть люди, конечно, могут жить действительно долго, это известно всем. Но, в отличие от вампиров, время все же имеет власть над нами, к тому же в возрасте трехсот – четырехсот лет людей легко выдают глаза. И что это за имя такое необычное?
– Как‑то мы не очень похожи, – заметил я.
– А это не мое тело, – ответил Закериал‑Константин. – Родное тельце разнесло в клочья во время стычки с шатерцами, так что фамильного сходства не ищи. Зато ты – просто копия своего отца.
– Верю на слово, – нахмурился я. – Я‑то его никогда не видел.
Пришло время хмуриться моему дяде.
– Он умер?
– Ах да, ты же отсутствовал долгое время. Нет, он и мама живы, просто уехали сразу после моего рождения на Радужные острова с какой‑то важной миссией. Мало того, он еще уговорил тетю наложить на меня ментальный блок, ограничивающий способности к Ремеслу.
Дядя озадаченно почесал затылок.
– Не думал, что он так серьезно все воспримет…
– Ты о чем? – озадачился я.
– Видишь ли… перед смертью я занимался созданием Коридора Судьбы и слегка увлекся. Это была очень сложная и тяжелая работа, большая нагрузка на психику…
– И ты спятил? – предположил я.
– Перетрудился, – поправил меня Константин. – В общем, меня иногда накрывало, и я делал что‑то вроде предсказаний.
– Магия драконов, – понимающе кивнул я. – И что же ты сказал моим родителям?
– Понятия не имею, – поморщился он. – Это были спонтанные приступы, и я никогда не помнил того, что говорил. Но вроде бы все сбывалось.
Значит, это по его вине я рос без родителей и все детство страдал из‑за отсутствия способностей к Ремеслу?! Хотя еще неизвестно, что он там наговорил
