Академия Ремесла принимает новых учеников, и этот курс будет не таким, как все предыдущие. Хотя бы потому, что в Академию поступила вампирша из таинственного «дневного» клана. А еще каким-то чудом смог пройти испытания главный герой — выходец из благородной семьи Никерс, обладающий весьма посредственными магическими способностями, которых едва хватает на включение обычной бытовой лампочки.
Авторы: Кош Алекс
в его разум. Ну а я последую за тобой.
«Ага, значит, медитация в астрале позволяет вернуть ощущения тела. В принципе определенная логика в этом есть, – размышлял я, садясь на пол и закрывая глаза. – Посмотрим, получится ли у меня хоть что‑нибудь».
Должно быть, это смотрелось действительно забавно – два сидящих рядом медитирующих меня. После того как я освоил выход из тела и возвращение в него, достигнуть промежуточного состояния оказалось совсем несложно. А вот ощутить физическую связь и преобразовать ее в переход… пришлось потрудиться. Не знаю, сколько времени это заняло, и уж тем более не представляю, как описать свои ощущения, но в итоге у меня все‑таки получилось. Я очутился в подземелье, заполненном густым зеленым туманом. Настолько густым, что я даже не смог точно определить ни размеров зала, ни высоты потолков. Пока я осматривался по сторонам, рядом со мной появился и Мирон.
– Милое местечко, – оглядываясь по сторонам, сказал Хранитель. – У кого‑то скелеты в шкафу, а у этого целое подземное кладбище.
Я не понял, о чем он говорит, пока туман немного не рассеялся. Вокруг нас действительно виднелось множество надгробных плит различных размеров и форм. Единственным, что объединяло все эти каменюки, являлось отсутствие каких‑либо надписей. Все могилы были безымянными.
– Странные у него сны, – медленно произнес я, осматриваясь по сторонам. – Это ведь точно сон?
– Если тебя это успокоит, то да. Но ты уверен, что знаешь о снах достаточно?
Сомневаюсь, что я вообще знаю достаточно о чем‑либо в этой жизни.
Мы шли по кладбищу, и туман медленно, словно нехотя, расступался перед нами. Могилы, могилы и еще раз могилы. Если этот сон действительно что‑то символизировал, то явно ничего хорошего.
– А что мы ищем? – спросил я спустя какое‑то время.
Пейзаж не менялся, и наша прогулка грозилась продлиться несколько дольше, чем я рассчитывал.
– Поверь, как только мы это увидим, сразу поймем.
Он оказался и прав, и не прав. Мы не увидели, а услышали то, что искали. Точнее, кого. Из одной из сотен одинаковых могил доносился тихий стук, словно кого‑то закопали заживо.
– Бинго, – довольно ухмыльнулся Мирон, сев на корточки и начав руками раскапывать землю.
Я в очередной раз не понял, что он сказал, и молча присоединился к раскопкам. Вскоре мы докопались до деревянного гроба, из которого и доносился стук. Крышка откинулась сама, едва мы освободили ее от груза земли, и нам навстречу выбрался Стил.
– Ох, Зак, спасибо, что вытащил меня отсюда, – выдохнул он, бросившись мне на шею.
Вот уж чего я не ожидал, так это такой бурной реакции. Кстати, выглядел Стил не обросшим, а бритым наголо, как во времена учебы в Академии.
– Как ты там оказался? – спросил я парня, когда он немного пришел в себя.
– Дхарм закопал меня здесь. Такое ощущение, что я провел в этой могиле вечность.
Дхарм? Что‑то смутно припоминается, вроде так звали шатерца, чья личность была внедрена в мозг моего друга.
– А где он сейчас, этот Дхарм?
– Везде, – вдруг разнесся по кладбищу громкий мужской голос.
Возможно, его можно было бы спутать с голосом стоящего рядом со мной Стила, но визгливые нотки создавали весьма ощутимое различие.
– Что тебе надо, Дхарм? – спросил я, осматриваясь по сторонам в поисках собеседника. – Почему ты захватил тело моего друга?
– Потому что я хочу жить, – последовал ответ. – Все хотят жить, я не исключение!
Я повернулся к Мирону и шепотом спросил:
– Ну и что нам делать? Ты обещал проконсультировать, вот и начинай.
– Хорошо, – ничуть не смутился Хранитель. – Слушай мою консультацию: тебе нужно с ним договориться.
До этого я мог бы додуматься и сам. Тоже мне консультант нашелся. Я‑то надеялся, что он подскажет, как решить проблему более простым способом. А тут на тебе – убеди две личности, живущие в одном теле, не ссориться из‑за оного и заодно помочь пробраться в Шатерский Халифат. Я не настолько убедителен. Пожалуй, никто в этом мире не обладает нужными навыками убеждения, разве что Вельхеор, но для этого ему нужна пыточная и чтобы было кого пытать.
– А почему кладбище? – спросил я невидимого собеседника.
– Я мертворожденный, – поднялся до визга голос Дхарма. – Это не кладбище, а хранилище таких, как я. Не являясь полноценными, мы присасываемся к основной личности и порабощаем ее, внедряя основные правила: лояльность к Шатерскому Халифату и ту часть плана, которую должна выполнить данная личность.
Я с трудом сдержал удивленный возглас.
Теперь понятно, почему Ремесленники стерли Стилу всю личность, когда пытались избавиться от шпиона. Личность‑паразит успела
