В судьбе Знахаря наступает «пиковый» момент, когда все и вся оборачивается против него. За использование общака в личных целях сходка воров выносит приговор: «на ножи». Знахарь снова вынужден скрываться. На помощь ему приходит женщина, но спасет она его или погубит?
Авторы: Седов Б. К.
развернулся и быстро пошел в караван-сарай.
Это было плохо.
Это было очень плохо, потому что случайно я узнал что-то очень важное, чего не знал раньше, и неизвестно, чем бы все обернулось, если бы не эта случайность. Что происходит — я пока еще не понял, слишком уж неожиданно перевернулась передо мной эта карта, но то, что игра имеет несколько другие правила, чем я предполагал, было совершенно очевидно.
Покинув прохладную тень, я оказался на ярком солнце и решительно направился к нашему временному обиталищу.
Навстречу мне вышла Наташа, которая, быстро оглянувшись, остановила меня жестом, а затем, подойдя вплотную, взяла под руку и потащила обратно, в прохладу зарослей.
Ничего не понимая, я удивленно посмотрел на нее и спросил:
— Что случилось? Девочки взбунтовались, сбросили боцмана за борт и захватили пороховой погреб?
— Если бы… — Наташа явно нервничала. — Все гораздо серьезнее.
— А раз серьезнее, — рассудительно сказал я, — то будь любезна не дергаться и вести себя поспокойнее. Ты же профессиональная шпионка, а суетишься, как молоденький неопытный стукач. Позор!
— Иди ты к черту! — сказала она и выдернула руку у меня из-под локтя.
Потом она уселась на скамью, ту самую, на которой только что сидели Надир-шах и его дружок и, вытащив из складок местного цветастого одеяния сигареты, закурила.
Выпустив дым, уплывший в густую листву, она посмотрела на меня и сказала:
— Ладно. Я успокоилась. Но зато ты сейчас начнешь нервничать.
— Ну-ну, — снисходительно усмехнулся я, — давай-давай.
— Даю. Генри обследовал помещения и обнаружил, что в каждой из наших комнат имеется видеожучок.
— Ну и что? — я недоуменно пожал плечами. — Подумаешь! Может быть, старый падишах любит смотреть, чем занимаются его гости, особенно если это девушки.
— Вот именно. На девушек пусть смотрит, я им сказала о камерах, так они теперь вертятся перед ними голышом, делая вид, что ни о чем не догадываются. Старый пердун обкончается там, и пусть. Но когда Генри как бы случайно двинул по жучку в нашей с тобой комнате спинкой кресла и сломал его, через пять минут прискакал местный якобы электрик и сказал, что ему нужно проверить проводку. Я вышла из ванной без всего и сказала, что у нас все в порядке и чтобы он убирался. Он ушел очень расстроенный.
— Выскакивать без всего из ванной ты любишь, — подтвердил я, вспомнив Ухту, где Наташа смутила похотливую грудастую горничную, уже рассчитывавшую на дополнительный заработок.
— Да, люблю, — вызывающе сказала она, — но не в этом дело. Во-первых, теперь мы знаем о жучках, а во-вторых, Генри сказал, что испортит их и в тех комнатах, где расположились его ребята.
— И это правильно, — кивнул я.
— Конечно. Но это опять же — семечки. Полчаса назад, когда ты пошел обозревать эти садово-парковые окрестности, я тоже решила прогуляться в одиночестве. Устала, знаешь ли, с дороги. Так вот, когда я добралась до главных ворот, не тех, через которые мы въезжали, а других, на южной стороне, то там, тихонько стоя в кустах, увидела интересную вещь.
Она затянулась, а я подумал, что интересные вещи начинают валиться на нас, как из мешка. Главное, чтобы не засыпали насмерть.
— Так что за вещь? — подтолкнул я Наташу.
— А вещь такая, — она выпустила дым и внимательно проследила за тем, как он уплыл.
— Когда-нибудь я ликвидирую тебя частным порядком за твою любовь к драматическим паузам, — пообещал я, угрожающе глядя на нее.
— А вещь такая, — повторила Наташа, — ворота открылись, внутрь въехал военный джип и остановился около будки охранника. Из будки вышел какой-то худой загорелый чурбан в белой накидке и с большой бородой, подошел к водителю и они заквакали по-своему.
— Ну и о чем же они квакали? — усмехнулся я, уже догадавшись, что загорелым чурбаном был не кто иной, как Надир-шах.
— Я не знаю, о чем они квакали, — прищурилась Наташа, — но один называл другого Надиршахом. Как тебе это нравится?
Я подумал и честно ответил:
— А никак! Я сам недавно видел его сидящим на этой самой скамье.
— И ничего мне не сказал?
— Да я и не успел! Ты сразу же схватила меня за руку и поволокла сюда. Я уж думал, тебе потрахаться захотелось…
Наташа зыркнула на меня и вдруг больно ущипнула за ляжку.
Я ойкнул и вскочил.
— Я тебе покажу — потрахаться! Маньяк.
Я не нашелся, что сказать, и поэтому полез за сигаретами.
Ну и дела…
Так что же тут делает этот долбаный Надиршах?
Неужели он знает о том, что я здесь?
При мысли об этом меня аж передернуло. Только этого и не хватало для полного счастья! Хотя…
— А моего имени они не называли?
— Нет. Точно не
