Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
чувствах. Вот она и бесится, донимая окружающих придирками. Последний раз подобное было года четыре назад, когда МакГонагалл вздыхала по аврору… как там его… Ах, да! Петерсону, который пару месяцев работал в Хогвартсе по замене. Ну, вы наверняка должны его помнить! Шикарный мужчина с густыми усищами и мягкой походкой хищника. А как он кошечку обхаживал, какие комплименты отпускал, какие букеты преподносил, стервец…
Помона восхищенно покачала головой, мысленно уйдя в воспоминания. Моя же память хранила молчание.
— И что в итоге? — не дождавшись продолжения, поинтересовался я.
— Ничего. Как только Минни созрела, с больничного вышел тогдашний преподаватель ЗоТИ, а Петерсон вернулся в аврорат, не попрощавшись и даже завалящего письмеца не послав объекту своих воздыханий. МакГонагал тогда словно с цепи сорвалась, баллы со всех факультетов летели сотнями… Вы что, забыли?
— Нет-нет, я все помню. Просто не могу поверить… Ты действительно думаешь, что Минерва влюбилась?
— А что тут думать! — воскликнула женщина. — Это же очевидно — втрескалась по уши, как мартовская кошечка! Теперь будет недели две страдать, пока не перегорит, но так и не признается. Ни ему, ни самой себе. Дурочка! Любопытно, кто на этот раз сумел ее зацепить? Наверняка какой-то родственник одного из магглорожденных первокурсников… А ты куда собрался?!
Спраут хлопнула рукой по сочному розовому побегу, который выполз из щели верхнего ящика, извиваясь, словно огромный дождевой червяк. Тот юркнул обратно, а я решил, что пришла пора мне покинуть эту стройку века. Для одного дня откровений более чем достаточно!
— Ладно, Помона, я побегу. Еще раз прошу прощения за приключившееся недоразумение. Больше я так шутить не буду. Во всяком случае, с МакГонагалл.
— Да чего уж там! — примирительно улыбнулась декан, в эмоциях которой уже не наблюдалось недовольства и обиды. — Я понимаю, это не ваша вина.
Вот и прекрасно! Пожелав садоводам-огородникам хорошего дня, я потопал в замок. Спрашивать, что за рассада шевелилась в ящиках у Спраут, не стал — нервы целее будут. Мне только кошмаров с розовыми тентаклями не хватает! Тем более нарисовалась свежая проблема… Эх, Минни, Минни! И кто бы мог подумать, что в этом тихом омуте водятся такие чертенята? Значит, наедине со мной она изображает пай-девочку, но едва я отвернусь — превращается в разъяренную львицу, защищающую своего котенка от реальных и мнимых угроз. Жуть!
Получается, сам того не ведая, я все это время играл с огнем, сидя на огромной бочке с порохом. Продемонстрировать свою заинтересованность, добиться ответной симпатии, мягко, но уверенно подводить девушку к осознанию необходимости сделать решительный шаг в развитии отношений — такая тактика годится для большинства представительниц прекрасного пола. Но не для МакГонагал. Эта махровая мазохистка будет мучить себя и окружающих, однако никогда не осмелится шагнуть навстречу. Потому что до последнего будет верить, что это неправильно. Чертово пуританское воспитание! Ну а старательно задавливаемые эмоции периодически будут вырываться наружу в виде вспышек немотивированной агрессии или обострения материнского инстинкта.
Что ж, если расклад именно такой, доводить ситуацию до взрыва я не стану. И вообще, отныне — никаких намеков, никаких подарков, никаких комплиментов. Только деловые отношения! Глядишь, через недельку разбуженные мною чувства поутихнут, и Минни придет в себя. Но одну вещь нужно сделать незамедлительно — примирить анимага со Спраут, пока обида профессора травологии не переросла в устойчивую неприязнь. Конфликты в коллективе мне не нужны, поэтому нужно приказать МакГонагалл, чтобы та пошла и извинилась. Как можно искренне. Уверен, она не посмеет отказать любимому… кхе-кхе… шефу.
Топая в свой кабинет, я продумывал речь, способную вызвать у профессора трансфигурации острое чувство вины и при этом не настроить ее против меня. Чувства сюда приплетать нельзя, как и упоминать, что информация о ссоре была получена от Спраут — еще подумает сгоряча, что Помона наябедничала, тогда на примирение можно не надеяться. И вот, занятый тягостными раздумьями о судьбах подчиненных, я неожиданно наткнулся на кошку. Самую обычную, с вытянутой мордочкой и длинной шерсткой цвета ‘коричневый милитари’. Развалившись на подоконнике, это милое создание дремало, подставляя пушистое тельце теплым солнечным лучам.
‘Минни?’ — пронеслось в голове.
Хотя, вряд ли МакГонагалл стала бы средь бела дня разгуливать по Хогвартсу в своей анимагической форме. Значит, мне повезло столкнуться с миссис Норрис. Нет, не супругой знаменитого техасского рейнджера, а всего лишь фамильяром
