Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
прямо в руке у хозяйки лишь усугубило ситуацию.
Правда, когда Минерва заметила виновника торжества, с опаской выглядывающего из маленькой каморки под лестницей, ее желание уладить дело миром испарилось без следа. Мальчик-Который-Выжил выглядел жалко. Порванная, мятая одежда, уродливые очки-велосипеды, перемотанные изолентой, растрепанные волосы, испуганная мордашка. Один лишь взгляд на бедного заморенного сироту побудил МакГонагалл наложить на разоравшуюся Петунию ‘силенцио’. Причем одному Мерлину ведомо, каких усилий профессору стоило сдержаться и не приголубить женщину ‘ступефаем’. Ведь в полумраке за приоткрытой дверцей чулана виднелась кровать с разобранной постелью, не оставляющая сомнений в том, где именно приходится жить Спасителю Магической Британии.
Тем временем на сцене появились новое действующее лицо. Со второго этажа, топая, словно натуральный бегемот, спустился дядя Гарри — дородный мужчина с жиденькими усиками под внушительным носом-картошкой. В руках Дурсль крепко сжимал охотничье ружье. Наставив его на Минерву, хозяин грозно заявил, что не потерпит в своем доме ‘ненормальных’, и если профессор сию же секунду не уберется восвояси, то получит в организм солидную порцию свинца.
Я знал, что ультиматум Вернона был блефом. Британское законодательство неумолимо — за убийство храброму защитнику семейства полагался немаленький срок, поэтому курок он бы в любом случае не спустил (что подтверждала сценка появления Хагрида из канона). Однако МакГонагалл приняла угрозу за чистую монету, бросила прощальный взгляд на испуганного Гарри и прямо из Друслевской прихожей аппарировала к школьным воротам. Распираемая праведным гневом профессор, несмотря на категоричный запрет, поспешила в директорскую башню, но меня там не обнаружила.
Следующий час оказался для Минервы мучительным. Анимаг разрывалась на части — одна ее половинка жаждала вернуться на Тисовую и жестоко наказать родственников Гарри за неподобающее отношение к Победителю Темного Лорда, но другая понимала, что необдуманные действия могут скорее навредить мальчику, и советовала дождаться моего возвращения. Не зная, куда себя приткнуть, МакГонагалл бесцельно слонялась по пустому Хогвартсу и совершенно случайно наткнулась на Филча. Именно он рассказал кошке о моем нездоровом виде и предположил, что я воспользовался его советом, отправившись в Больничное крыло.
— А я ведь говорила тебе, что родственники Гарри — плохие люди! — подытожила рассказ Минни. — Чуяло мое сердце, нельзя было доверять заботу о мальчике этим магглам! Вот скажи, как сильно надо ненавидеть ребенка, чтобы поселить его в чулан? А его одежда? Порванная, потрепанная, к тому же висит мешком. Выходит, мальчик еще и недоедает. Я не удивлюсь, если выяснится, что бедному сиротке приходится отрабатывать свое содержание! Это какой-то кошмар! Альбус, не знаю, как ты, но лично я считаю, что десять лет назад мы совершили ужасную ошибку и теперь должны ее исправить. Нужно прямо сейчас забрать Гарри из этой ужасной семьи, слышишь!?
Да слышу я, слышу! И незачем так орать. Бляха-муха, да я прямо провидец какой-то! Только задумался о проблемах — и они не замедлили нарисоваться на горизонте. Правда, конкретно с этой стороны я их не ожидал и даже не представляю, как теперь выкручиваться из дурно пахнущей ситуации. Отчаянно не хватало информации. В словах МакГонагалл лжи не чувствовалось, однако опираться в суждениях исключительно на мнение профессора я не имел права. В прошлой жизни мне попадались талантливо написанные фанфики, в которых Дурсли выглядели вполне вменяемыми, а их жесткие действия в отношении Гарри получали подробное и логичное обоснование.
Кроме того, не следует забывать, что жестокое отношение к Избранному, включающее в себя регулярные избиения, моральные унижения, принудительные голодовки и прочее — это все издержки фанона. В книгах Роулинг родственники Поттера законченными уродами не выглядели и лично у меня вызывали сочувствие, поскольку зачастую выступали в роли жертв произвола ненормальных магов (один визит Уизлей чего стоит!). Однако объявлять Дурслей белыми и пушистыми тоже слегка преждевременно. Я ведь не знаю, насколько прописанные в эпопее образы соответствуют реальным характерам, а директорская память что-то не спешит проливать свет на этот вопрос.
— Минни, ты чего это тут раскричалась? — строго спросила нарисовавшаяся в палате Помфри, тем самым прервав неловкую паузу. — Я же говорила, что господину директору нужен покой!
‘Эх, спасительница ты моя! — обрадованно подумал я. — А главное, как вовремя появилась! Как будто все это время стояла за дверью, дожидаясь окончания увлекательной
