Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
свое исцеление именно с избавлением от них. Осталось только подготовить соответствующий антураж, и желание мальчика может стать мощным лекарством, способным вернуть ему нормальное зрение.
— Понятно, — кивнула Помфри. — Тогда у меня остался последний вопрос. Если создание крестража в Гарри произошло в ночь падения Темного Лорда, означает ли это, что родителей мальчика…
Поппи замялась, не закончив фразу. Но я понял, о чем она хотела узнать.
— Их убил Том. И клянусь, я никак не мог ему помешать. Поппи, я знаю, что ты считаешь меня бесчеловечным мерзавцем, но поверь, у меня действительно не было иного выхода… Что ж, если больше вопросов нет, я пойду. Помимо уничтожения Темных Лордов у меня, знаешь ли, имеются и другие заботы.
Я широко улыбнулся, но поддержки от задумчивого колдомедика не получил. Похоже, слишком много откровений вышло для одного дня, и у целительницы случился информационный шок. Иначе как еще объяснить тот странный факт, что она до сих пор не поинтересовалась моим настоящим именем. Думаю, женщине требуется минимум пара часов, чтобы переварить услышанное и прийти в себя. Как раз с Люциусом успею пообщаться.
Мысленно уточнив у фамильяра, идет ли он со мной, я получил в ответ отказ. Фоуксу после сытного завтрака хотелось размять крылья и немного полетать на свежем воздухе. Пожелав пернатому хорошей прогулки, я сообщил Поппи, что еще не забыл о нашем утреннем договоре, и направился к выходу. А коснувшись дверной ручки, услышал:
— Не считаю.
— Что-что? — переспросил я, обернувшись.
— Я не считаю вас бесчеловечным мерзавцем, — произнесла колдомедик, глядя мне в глаза.
Я уже хотел сказать, что рад это слышать. Особенно от нее. Но внезапно вспомнил убитого грабителя. Вспомнил, как искреннее восхищался талантами оригинального Дамблдора. Вспомнил, с каким пренебрежением рассматривал Вернона, называя его хомячком, с какой расчетливостью манипулировал беззащитным сиротой… И отвел взгляд. Открыл дверь и уже на пороге тихо обронил:
— А стоило бы!
Глава 25
Вернувшись в директорский кабинет, я первым делом полез в шкаф и принялся выгружать из него на стол пыльные стопки документов. В процессе раскопок наткнулся на бутылку с рунным зельем и дневник с диадемой, которые так и не сподобился убрать в более надежное место. Их я пристроил рядом с макулатурой, после чего, окончательно освободив одну из полок, нажал на неприметный гвоздик в уголке и надавил на заднюю стенку шкафа, сдвигая в сторону. За ней обнаружилась аккуратная ниша в стене — еще один тайник Дамблдора, о котором я вспомнил в Больничном крыле. Не такой хитрый, как книга-шкатулка, но вполне способный обмануть профессионального домушника.
Почему так? Да потому что способы обнаружения секретных сейфов в мире магии строятся по одной схеме, основанной на вычислении характерных чар. Все знатоки воровского дела имеют специальные артефакты, реагирующие на защитные или маскировочные рунные цепочки. Причем эти инструменты настолько чувствительные, что мои очки им и в подметки не годятся. А найти тайник — уже половина успеха. Ведь при большом желании домушник вполне может унести с собой даже несущую стену, чтобы потом в безопасном месте без спешки поковыряться в сложной защите.
Именно поэтому Альбус устроил себе схрон без капли магии. Здесь не было ни охранных, ни сигнальных чар. Не было даже железной коробки с кодовым замком, столь почитаемой магглами. Просто обычная ниша в стене, где лежали несколько книг, названия которых не рекомендовалось произносить в приличном обществе, пухлая папка с документами, запасы финансов на экстренный случай в виде мешочков с галеонами и драгоценными камнями, а также крайне редкие составляющие для артефактов, среди которых были магические накопители и даже человеческие кости. Накрывала все это добро та самая мантия-невидимка.
Причем Дамблдор вовсе не пытался скрыть вещи с помощью творения Певерелла. Нет, реликвия Поттеров появилась в тайнике одновременно с папкой, когда после блестяще проведенной операции по добыче компромата на одного из высокопоставленных сотрудников министерства порядком притомившийся Альбус поленился сразу отнести ее в банковскую ячейку. А потом за хлопотами позабыл об этом… И да, знания о способах поиска сейфов в фамильных особняках были получены Великим Магом вовсе не случайно. Увы, но не все щекотливые дела можно доверить подчиненным. Иногда, вспоминая известную поговорку о желании сделать хорошо, директору приходилось действовать самому.
Достав мантию, я не отказал себе в удовольствии полюбоваться этим шедевром искусства артефакторики.
