Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
произнесла миссис Малфой.
Тотчас перед ней возникло странное существо, в котором с большим трудом угадывался домовой эльф. Глядя на вытянутую крысиную морду слуги и оценив его внушительные (для эльфа, конечно же) габариты, я даже подумал, что кто-то из старшего поколения Блэков занимался селекцией, ныне строжайше запрещенной Министерством магии, втайне ото всех скрестив домовика с гоблином и получив такую вот непонятную зверушку.
— Хозяйка Нарцисса звала Кричера? — скрипучим голосом произнес гибрид. — Кричер пришел! Что угодно хозяйке?
— Ответь, Кричер, ты знаешь, где находится медальон Слизерина?
— Нет. Кричер не знает никакого Слизерина! — проскрипел домовик.
Я похолодел. Вот те раз! Получается, обнаружение данного крестража троицей героев было подстроено Дамблдором? Но это же противоречит канонной истории Регулуса, которая прекрасно подтверждается памятью Альбуса!
— А у тебя есть медальон, который невозможно открыть? — перефразировал я запрос, надеясь на лучшее.
Домовик лишь зло поглядел на меня и промолчал.
— Я приказываю тебе ответить на этот вопрос! — сказала Нарцисса, в голосе которой повеяло арктической стужей.
Кричер опустил голову и еле слышно буркнул:
— Есть.
— Принеси его мне! — приказала женщина.
Слуга мгновенно преобразился. Заламывая руки, он принялся царапающим нервы голоском умолять хозяйку не просить верного Кричера отдать ей ‘злую вещь, из-за которой погиб хозяин Регулус’. Разумеется, эти слова заинтересовали Нарциссу. Словно опытный дознаватель, она принялась вытягивать из домовика подробности. Уже зная данную историю, я следил за допросом вполуха. А потом и вовсе привлек внимание стоявшего рядом Малфоя и тихо проинформировал:
— Если снова решишь обсудить с приятелями стратегию действий, учти — Фадж знает, что мой законопроект готовишь ты.
— Вы ему сказали? Но зачем?
— А если немного подумать? Люциус, ты же опытный политик, неужели не можешь просчитать шаги оппонента? Фадж уверен, что ты купил меня с потрохами, и теперь новый законопроект максимально далек от заявленной программы. К лояльным мне людям он обращаться не станет, понимая, что их решение будет продиктовано мной. К твоим ‘друзьям’ тоже не сунется. Так к кому же кинется министр, обеспокоенный грозящим ему ограничением полномочий, которого намеревался добиться еще Реддл при поддержке старых семейств?
— К нейтралам, — ответил Люциус, наконец-то осознавший вырисовывающиеся перспективы. — Именно их Корнелиус попытается в максимально сжатые сроки превратить в оппозиционную группу, способную если не отклонить законопроект, то хотя бы отсрочить его принятие. Ну а когда выяснится истинное содержание документа…
— …будет уже слишком поздно, — закончил я за блондина. — Фадж потеряет кучу нервов и средств, а придерживающиеся нейтралитета члены Визенгамота, обнаружив, что ничего особо криминального законопроект не содержит, вполне могут выступить за его принятие. Особенно если ты приведешь достаточно убедительные аргументы.
— Я? — удивленно выдохнул Малфой.
— Ну не я же! Нет, Люциус, отдуваться на заседании будешь ты! Сам ведь вызвался.
— Но тогда мои сторонники узнают…
— Они в любом случае поймут, что ты водил их за нос! — не дал я блондину закончить. — Но сейчас у тебя есть неплохой шанс повернуть ситуацию в свою пользу. Разошли членам Визенгамота готовый законопроект, а потом объясни ‘своим’, что ранее не мог посвятить в авантюру, опасаясь негативной реакции с их стороны. Ведь это — лишь первый шаг на пути нашего тесного сотрудничества. Так сказать, пробный камень. И если все пройдет гладко, дальше можно будет всерьез поговорить о законах, которые пойдут на благо их кошелькам, помогут ослабить власть Министерства… Да что тебе, как маленькому, все приходится разжевывать?
Нашу тихую беседу прервал хлопок. Это Кричер, сдавшись под напором Нарциссы, отправился за крестражем. Вернулся домовик спустя несколько секунд, сжимая в лапке цепочку, на которой болтался золотой медальон. Уловив знакомый ‘привкус’ ментальной магии и рассмотрев сложную вязь чар, пронизывающих украшение, я мысленно потер руки.
— Только сначала хозяйка Нарцисса должна пообещать, что уничтожит злую вещь! — внезапно заявил слуга. — Кричер не справился, но у хозяйки… кха…
Глаза эльфа закатились под лоб, рот приоткрылся, а на шее возник разрез, из которого хлынула темная кровь. Крючковатые пальцы разжались, медальон упал на пол. За ним последовал и сам домовик, уродливая голова которого, отделившись от вяло подергивающегося худощавого тельца, откатилась к креслу и замерла.
— Кричер был
