Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
Больше ничего в голову не приходит.
— Молодец! — довольно улыбнулся Альбус… или Сергей? Нет, воспоминания наглядно показывали, что разделять эти личности глупо. — Ведь можешь, когда хочешь! Держи вкусняшку!
Отец протянул мне шоколадный батончик. Мой любимый! Рот сразу наполнился слюной, а память подсунула фрагмент просмотренных воспоминаний, объясняющих причину этой награды. Выработка рефлекса, значит? Ладно, я не против! Тем более, мне действительно нужно учиться анализировать последствия, прежде чем очертя голову кидаться в очередную авантюру… Черт, неужели чужие воспоминания настолько сильно на меня подействовали, что во мне внезапно проснулась рассудительность? Потрясающе! Правду говорят волшебники, отец действительно гений!
— Мама в курсе? — уточнил я, взяв шоколадку.
— Разумеется, нет. Надеюсь, ты понимаешь, почему.
Судя по беглому взгляду, брошенному папой в сторону своего фамильяра, Фоуксу он тоже ничего не рассказывал. В принципе, это логично. Отношения с мамой были основаны на ее чувствах к старому директору, и поначалу рассказ о подмене грозил немедленным разрывом, а позже мог привести к утрате доверия к законному супругу. ‘Так ты все это время мне врал? И получается, я вышла замуж за лжеца, которого едва знала?’ — папу ожидала примерно такая реакция. Пернатому же рассказывать о случившемся было бесполезно. Несмотря на сообразительность, феникс все равно бы не поверил в то, что он не смог ощутить гибель старого друга, заботившегося о нем десятилетиями, а лавры выдумщика-фантазера отцу были не очень-то и нужны.
— А ты правда планируешь сделать меня министром магии? — спросил я, разрывая пеструю обертку, поскольку слезы Фоукса пробудили зверский аппетит.
— Министром? — иронично переспросил папа. — Кого? Ленивого лоботряса, пренебрегающего учебой ради развлечений, не способного обуздать эмоции и распознать простейшие приемы нейро-лингвистического программирования? Да тебя же на второй день сожрут оппозиционеры!
Я усмехнулся и с набитым ртом парировал:
— Какие оппозиционеры? Вы с дядей Люциусом их давным-давно повывели, как вшей. Или ты имеешь в виду Огдена с его шайкой? Но я еще помню твои слова насчет ‘карманных врагов’, задачей которых является держать тебя в тонусе и служить в качестве успокоительного для обывателей, недовольных тем фактом, что власть в стране сосредоточена в одних руках… И учебой я вовсе не пренебрегаю!
— Да-а? А кто Флитвику не сдал вовремя работу? Кто, вместо того, чтобы разучивать перуанские рунные связки, предавался похоти и разврату вместе с Боунс в ванной старост? Кто самое сла… кхм.
Я почувствовал, что у меня запылали уши:
— Откуда ты знаешь? Мы же использовали мантию-невидимку, чтобы попасть туда, а прежде чем начать, тщательно проверили помещение на наличие следящих чар, поставили отпугивающие призраков руны и применили мощные защитные заклинания!
‘Это ты проболтался?’ — мысленно спросил я феникса, который был в курсе вчерашних посиделок и даже пообещал прикрыть мое отсутствие перед отцом.
‘За кого ты меня принимаешь?!’ — возмутился Фоукс, недовольно тряхнув хохолком.
— Да, вы со Сьюзен постарались на славу, — кивнул папа. — Чувствуется польза от дополнительных уроков по ЗоТИ. Однако вы допустили одну маленькую ошибку — не удосужились проверить комнату на наличие следящих артефактов. Да будет тебе известно, что у барельефа русалки на стене глаза не простые, а являются артефактом, созданным Амброузом Своттом в семнадцатом веке. Этот директор был тем еще извращенцем, обожающим подглядывать за учениками…
— А ты решил последовать по его стопам? — ехидно уточнил я.
Во мне бурлила злость, но я не позволил ей выплеснуться наружу, понимая, что с отцом тягаться бессмысленно. Он ничего не делает просто так, и если решил упомянуть о наших развлечениях, то наверняка хочет о чем-то предупредить. Мне надо лишь стиснуть зубы, переждать ерничанье, смиренно принять лечебно-профилактическую дозу подколок и сосредоточиться на получении полезной информации, которую, как правило, в книгах не встретишь.
— Слава Мерлину, мы живем не на просторах русского фанфикшена, так что замашек педофила у меня нет. А пыль со старого зеркала, настроенного на ванную старост, я стряхнул лишь с одной целью — убедиться, что дело, ради которого тебе пришлось выдумывать нелепейшую отмазку, того стоило.
— Почему нелепейшую? — возмутился я. — Фоукс должен был передать тебе, что я с Хагридом отправился в Запретный лес.
Отец усмехнулся:
— Он и передал. Вот только ты был настолько поглощен предвкушением очередного сеанса сексуальных игрищ, что совсем забыл попросить
