Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
каждому факультету команду запасных игроков, а еще проводить внутрифакультетские игры или даже воспользоваться практикой отборочных соревнований…
Наблюдавший за раскудахтавшейся женщиной Люциус сообразил, что останавливаться та не собирается, и тактично вклинился в монолог:
— Роланда, я благодарен вам за помощь, но…
— Нет, это я вам благодарна! — Хуч ухватила Малфоя за руку и прижала ее к своей груди. — Так благодарна, что просто не передать словами! Я обязательно пошлю вам приглашение на первую игру, чтобы вы сами могли оценить, как используется ваш дар… Впрочем, вы можете заходить ко мне в любое время. Даже без приглашения.
— Спасибо, я учту это.
Блондин попытался мягко освободиться, однако возбужденная женщина не собиралась отпускать свою добычу так просто. Шагнув навстречу, она постаралась плотнее прижаться к благодетелю и ничтоже сумняшеся принялась строить ему глазки. Понаблюдав за страданиями Люциуса, я решил вмешаться:
— Роланда, если у тебя нет ко мне никаких вопросов, ты можешь идти. Новый школьный инвентарь сам собой в реестр имущества не запишется, а у нас с мистером Малфоем еще осталось несколько нерешенных проблем.
— Все-все, уже ухожу, — покладисто отозвалась Хуч.
Подарив на прощание блондину томный взгляд, она развернулась и упорхнула разбирать свои подарки. Люциус облегченно выдохнул, уставился на меня и предельно язвительно поинтересовался:
— И многие преподаватели вашей школы позволяют себе употреблять алкоголь посреди рабочего дня?
В ответ я развел руками:
— Уроки начнутся лишь первого сентября, а общие собрания педагогического состава я еще не назначал, поэтому у Хуч сейчас личное время, которое она может проводить так, как ей заблагорассудится. Хоть напиваться в хлам и вульгарно приставать к главе Совета Попечителей, если воспитание позволяет.
Блондин недовольно скривил губы, но возражать не стал. Подойдя к столу, он вытащил из кармана своего пиджака небольшую черную книжицу в кожаной обложке:
— Вот то, что вы просили.
Знаком я велел Люциусу положить ее на стол, достал из кармана очки, тщательно протер их и надел на нос. Сквозь стекла магического артефакта была четко видна сложная магическая вязь, опутывающая книгу. Но даже без него я буквально кожей ощущал содержащуюся в принадлежащей Темному Лорду вещи силу характерного оттенка и чувствовал легкое ментальное воздействие, пробуждающее навязчивое желание открыть дневник и что-нибудь в нем написать. В общем, сомнений быть не могло. Передо мной лежал крестраж Тома Реддла. Первый, но далеко не последний.
— И что вы планируете с ним делать? — спросил Малфой, особо не надеясь на ответ.
— Уничтожу, — спокойно заявил я. — Но не сейчас. Чуть позже, когда соберу все остальные.
— Остальные? — у аристократа был такой вид, словно его пыльным мешком по голове ударили.
— Ты не ослышался. Именно поэтому в последние годы Том совсем перестал дружить с головой, превратившись из талантливого лидера в кровожадного маньяка.
Порывшись в ящике стола, я достал палочку Малфоя и протянул ему. Блондин машинально взял ее, глядя куда-то мимо меня. Однако надо отдать ему должное, быстро пришел в себя и хмуро поинтересовался:
— Еще желания будут, или я могу быть свободным?
Оценив каламбур, я улыбнулся и указал на диван:
— Присаживайся, разговор будет долгим.
Глава 7
Поколебавшись, блондин с комфортом устроился на гостевом месте, закинув ногу на ногу. Покосился на заледеневшие портреты и скучающим тоном уточнил:
— И о чем же вы желаете поговорить?
— Малфой, ты готов со мной сотрудничать? — не стал я ходить вокруг да около.
Посмотрев на меня, как на идиота, Люциус нервно дернул плечом и недовольно процедил:
— Вы не оставили мне выбора.
Наградив гостя ироничной улыбкой, я возразил:
— Вот только не нужно прикидываться дурачком! Тебе это не идет. Ты же прекрасно понимаешь, что использовать компромат на тебя я не стану. Мне это невыгодно, ведь после его обнародования сам я уже не смогу остаться белым и пушистым. Вот это не позволит, — ткнул я пальцем в крестраж. — Так что оставь кривлянья комикам и ответь честно!
— Честно? Извольте! Добровольно я сотрудничать с вами не стану! Довольны?
— А почему?
Малфой окинул меня злым взглядом:
— Издеваетесь?
— Нет, я на полном серьезе хочу выяснить, что именно препятствует тебе наладить со мной взаимовыгодное сотрудничество.
— Что именно? На мой взгляд, причины очевидны. Во-первых, вы — мой главный политический противник. Во-вторых, у нас с вами
