Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
горами и ателье в Косом, где будут обслуживать состоятельных клиентов, экспорт в другие страны, добро на который выдадут прикормленные чиновники в Министерстве, монополизация мирового рынка… и бесславная смерть от маггловской винтовки, если мои прогнозы все же окажутся верными.
Малфоя передернуло:
— Умеете вы, господин директор, поднять настроение!
— Что есть, то есть, — не стал спорить я.
Сообразив, что ‘встреча в верхах’ подошла к концу, Люциус поднялся с дивана, поправил свой шикарный пиджак и заявил:
— Думаю, мне пора. Нужно хорошенько осмыслить новые гипотезы и проверить кое-какие сведения… Хм, не думал, что когда-нибудь скажу это, но мне было приятно пообщаться с вами в неформальной обстановке, без этой вашей отвратительной маски клоуна.
— Почему сразу отвратительной-то? — с иронией парировал я. — Ты же в школе проходил боггартов и еще должен помнить простейший метод их нейтрализации. Над кем смеются, того не боятся — это основы психологии! К тому же безобидному старичку в силу возраста положено иметь массу причуд.
— Безобидному? — Малфой усмехнулся. — Я и раньше считал вас сильным и умелым политиком, а сейчас абсолютно уверен, что вы способны без особых усилий заткнуть за пояс всех своих оппонентов, да так, что те даже пикнуть не успеют. Теперь понятно, почему вас так боялся Волдеморт… Кстати, раз у нас с вами сегодня день откровений, откройте секрет — по какой причине во время активного противостояния с Темным Лордом вы не использовали все свои возможности, чтобы быстро прекратить войну? Зачем было нужно играть с ним?
Благодаря ночной медитации я мог ответить на этот вопрос.
— Во-первых, требовалось наглядно продемонстрировать обывателям несостоятельность существующей системы власти магической Англии, не способной защитить своих граждан от горстки бунтарей под предводительством сумасшедшего маньяка. Ведь когда в стране единая верхушка, она способна быстро реагировать на угрозу, а у нас на троне восседает Змей Горыныч о трех головах — ДМП, Министерство и Визенгамот, которые смотрят в разные стороны, да еще и периодически грызутся друг с другом. Во-вторых, мне хотелось заставить бедных овечек не просто жалобно блеять, глядя на режущую их стаю волков, а научиться кусать и лягать копытами нападающих на них хищников. В-третьих… Представь себе картинку: идет внеплановое заседание Визенгамота, на котором авторитетные маги, напуганные до чертиков, обсуждают любые доселе не использовавшиеся методы, которые позволят им остановить творящийся в стране хаос. Тут открывается дверь, и в зал входит Верховный Чародей. Волосы растрепаны, борода опалена, на носу — сажа и очки, у которых нет одного стекла, порванная в нескольких местах мантия заляпана чем-то красным. На лице у мага торжествующая улыбка, а под мышкой чья-то оторванная голова, роняющая на пол тягучие темные капли. В гробовой тишине Чародей подходит к трибуне, устанавливает на нее свой трофей и радостно заявляет собравшимся — так, мол, и так, террористическая группировка под названием Пожиратели Смерти уничтожена в полном составе, а ее главарь казнен без суда и следствия. Доказательство перед вами. Представил? А теперь прикинь, сколько времени потребуется собравшимся, чтобы объявить своего спасителя новым Темным Лордом?
Люциус снова задумчиво почесал подбородок и развил мою мысль:
— Однако если Верховный чародей не дурак, то он не станет хвастаться перед всеми своей победой, а передаст ее бремя кому-то другому. Тому, кого не начнут бояться, кому не будут завидовать, кого не станут проклинать. Например, младенцу-сироте. Ведь так?
Я лишь загадочно ухмыльнулся. Люблю умных людей! Они так хорошо могут все объяснить! Посчитав мое многозначительное молчание окончанием разговора, Малфой попрощался, отвесив уважительный поклон, и подошел к камину. Горстка летучего пороха, всполох зеленого пламени — и вот я остался наедине с фениксом.
— Как думаешь, Фоукс, он согласится на мое предложение?
Птица неуверенно курлыкнула.
— Я тоже так думаю. Пока рано говорить, но тот факт, что Малфой перестал испытывать ненависть по отношению ко мне, дарит надежду на лучшее.
Впрочем, даже если блондин продолжит артачиться, я не расстроюсь. Тихо уйду в отставку и сосредоточусь на своей главной задаче — ликвидации Того-Кого-До-Сих-Пор-Нельзя-Называть… Ага, придумать бы еще, как эту задачку решить, опираясь на существующую реальность, а не обрывочные сведения канона! Ведь даже предположение, что Квиррелл станет одержимым духом Тома, сперва нужно проверить и перепроверить.
Читал я один фик, в котором убедительно доказывалось, что и тролль в туалете, и встреча
