Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
и мое путешествие в нирвану на глазах у хозяев могло показаться им подозрительным.
— Новый гибрид, — горделиво сообщила Пернелла. — Недавно вырастила. Уверена, он будет пользоваться большим спросом.
У меня отлегло от сердца. Я наградил селекционерку вполне заслуженными комплиментами и высказал пожелание приобрести запас этой заварочки. Буду на досуге баловать себя в Хогвартсе. Женщина была явно довольна признанием ее успехов, и едва мое красноречие иссякло, принялась квохтать, словно заботливая бабушка над внучком:
— Да ты булочки бери, не стесняйся! Я же их специально к твоему приходу готовила. Те, что справа — с клубникой, а слева — с яблоками. Пробуй!
Я потянулся к корзинке, однако, вспомнив о наказе Помфри, отдернул руку и тяжело вздохнул:
— Прости, Пери. Я польщен твоей заботой и не сомневаюсь, что твое кулинарное мастерство с момента нашей последней встречи достигло новых вершин, но сегодня не могу попробовать результат твоих трудов. Увы.
— Неслыханно! — воскликнул Фламель. — Чтобы Альбус Дамблдор добровольно отказывался от свежей выпечки? Да кто ты такой, и куда дел нашего Альби!
Странно, но после этого вопроса я почувствовал сильное желание признаться в обмане. Рассказать все, как есть, в надежде, что ‘новый Дамби’ алхимику понравится больше. Однако, взвесив шансы на подобный исход, подавил глупый порыв. Следует отметить, с большим трудом.
— Действительно, это на тебя не похоже, — поддакнула Пернелла. — В чем дело?
— Да вот, решил, наконец, сесть на диету и пообещал своему колдомедику воздерживаться от сладкого, — пояснил я.
Это принесло облегчение. Казалось, внутри меня распрямилась какая-то сжатая пружина. А окончательно расслабившись, я не нашел ничего лучше, чем начать жаловаться Фламелям на судьбу:
— Третий день уже мучаюсь! Питаюсь одними салатами да мерзкими зельями, насытиться которыми нереально. Выспаться нормально не получается — голод терзает и днем, и ночью, отвлечься получается только работой… Зато я сбросил уже фунтов тридцать и останавливаться на достигнутом не собираюсь!
— Так вот, почему ты так плохо выглядишь! — покачала головой супруга алхимика. — Бедненький… Плеснуть тебе еще чайку?
— Было бы здорово.
Я протянул чашку и получил новую порцию божественного нектара, который принялся медленно цедить, растягивая удовольствие. И с каждым глотком ароматного чая уменьшался груз висевших на моих плечах проблем, уходили тревоги, а сердце наполнялось радостью и чистым незамутненным счастьем…
Уверенный голос Николя заставил меня покинуть райские кущи:
— А теперь, Альби, расскажи нам, зачем тебе на самом деле понадобился философский камень?
— Чтобы устроить ловушку для Волдеморта, который совсем скоро объявится в Хогвартсе, — особо не задумываясь, ответил я и сделал очередной глоток.
Брови Фламеля поползли вверх:
— Я думал, ты уничтожил его десять лет назад, разве нет?
— Нет. Тогда он лишь утратил тело и некоторую часть своей души, но остался жив. Если, конечно, его нынешнее состояние можно назвать жизнью.
— Постой, но ты же сам заявлял, что Темного Лорда победил младенец из пророчества, который благодаря материнской защите, основанной на добровольной жертве, сумел отразить ‘аваду’ мага в него самого, — заметила удивленная Пернелла. — Получается, это все ложь?
— Самая настоящая, — кивнул я и развел руками. — Ну, не мог же я сообщить общественности, что моя гениальная задумка по поимке Темного Лорда провалилась с треском и брызгами? Что человеческие жертвы были напрасны, что оплот Света на самом деле не такой белый и пушистый, а Волдеморт оказался натуральным безумцем, наклепавшим огромное количество ‘якорей’, которые позволили ему обрести небывалую мощь и ускользнуть из ловушки? Случись так, на меня спустили бы всех собак, несмотря на то, что фактически всю гражданскую войну я один удерживал Реддла от немедленного захвата власти в стране. Сами знаете, люди, как правило, неблагодарны.
— Вернемся к камню! — решительно заявил алхимик. — Как именно ты планируешь его использовать?
— Устрою в Хогвартсе лабиринт с препятствиями, — продолжил я резать правду-матку. — Простенькими, но требующими время на преодоление. А в конце помещу камень-приманку и установлю мощную многоступенчатую клетку для духовных сущностей, которая будет удерживать душу Темного Лорда, пока я уничтожаю ее адским пламенем. Думаю, на этот раз все получится! Ведь к началу операции я намерен избавиться от всех ‘якорей’ Тома и ослабить его самого проклятием из крови единорога.
Николас недовольно поморщился:
— А ты ничего умнее организации ловушки в полной детей
