Интересно, что будет делать обычный человек, проснувшись поутру и обнаружив себя в теле самого неоднозначного персонажа Поттерианы — Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора? Герой не имеет особых талантов, зато обладает здравомыслием, кое-каким житейским опытом, оставшимся от прошлой жизни, а также знанием канона и фанона. И теперь именно ему придется решать, гад Дамби или все-таки нет.
Авторы: Бубела Олег Николаевич
оттенка.
— Ответь мне на последний вопрос, ученик, — произнес Фламель, все это время с нескрываемым любопытством наблюдавший за моими внутренними терзаниями. — Как ты собираешься доводить до сведения Волдеморта информацию о местонахождении камня?
Я завис. А хороший вопрос, однако! В каноне однозначного ответа на него не давалось. Лишь намеки. Предположим, сведения о камне добросовестно слил Хагрид, поправлявший здоровье в трактире после катания на ‘гоблинских’ горках. Учитывая предшествующее этому событию появление Квиррелла в Косом, можно допустить, что данная новость дошла до Волди в тот же день. Разумеется, здесь возникает нестыковочка с ограблением банка, но лично я придерживаюсь теории, что статья в подсунутой Гарри все тем же Хагридом старой газете являлась фальшивкой, целью которой было пробудить у мальчика интерес к игре в детектива. Однако полувеликана посылать к Поттеру я не собираюсь — с введением сироты в волшебный мир должна будет справиться Минерва. А раз так, никакого ажиотажа появление Хранителя Ключей в Косом не вызовет, и это здорово усложняет задачу распространения ‘дезы’…
— Ладно, не тужься! А то еще мозги закипят! — махнул рукой Николас. — Я тебе помогу с этим. Черкну письма нескольким знакомым на Островах, обладающим не в меру длинными языками, и между делом упомяну, что передал камень тебе для экспериментов. Думаю, слух распространится быстро. Правда, в таком случае, тебе придется столкнуться с нескончаемой волной просителей. Справишься?
— Не знаю, — устало ответил я, не сводя глаз с камня.
Эффект просветления закончился, и мое сознание снова начало заволакивать мутной пеленой. Краем глаза я заметил, как Пернелла положила ладонь на руку мужа:
— Николя, может, хватит уже мучать мальчика?
Поразмыслив, тот кивнул:
— Ты права. Альби, надеюсь, ты захватил мой портключ?
— Да, — я достал из кармана шахматную фигурку.
Вытащив из рукава волшебную палочку кремового оттенка, похоже, сделанную из чьей-то кости, алхимик коснулся ее кончиком артефакта, что-то прошептал и вернул мне со словами:
— После оставь его у себя. На случай, если срочно понадобится заглянуть в гости. На этом все! Рад был тебя повидать и пообщаться. За слишком ‘крепкий’ чаек извиняться не стану — сам виноват. Советую следующие пару дней пить больше жидкости, а сегодня ни с кем не встречаться. Иначе замучаешься потом обливиэйты накладывать. И вообще, я тобой сильно разочарован, ученик! Совсем ты забыл мою науку. Где безоар? Где пояс с аптечкой? Где чары определения добавок в напитках? Разумеется, ничто из этого тебя бы все равно не спасло — травки у Перни выше всяческих похвал. Но ты бы хоть попытался, что ли! Э-эх… Смотри, камень не забудь, лодырь!
Дождавшись, пока я цапну подарок, алхимик буркнул:
— Оревуар!
В следующий миг я почувствовал знакомый рывок, и гостиная Фламелей превратилась в водоворот цветных пятен, засосавший меня и подаривший дивное ощущение полета.
Глава 9
Приземление вышло болезненным. Я ничком распластался на густой траве, словно большая жирная жаба, умудрившись в падении подвернуть лодыжку. Но, как говорится, все, что ни делается — к лучшему. Острая боль прочистила мозги, вернув возможность самостоятельно мыслить, а не просто выполнять команды, будто послушный робот. Оглядевшись, я выяснил, что цветастый водоворот выбросил меня перед воротами Хогвартса. Похоже, именно здесь и пролегала граница антиаппарационной зоны, иначе меня точно вернуло бы в директорское кресло — исходную точку путешествия, зафиксированную артефактом.
Кое-как поднявшись, я спрятал портключ с камнем в карман пиджака и поковылял в школу. Хотя, ‘поковылял’ — чересчур громко сказано. Пострадавшая нога решительно отказывалась принимать на себя вес директорского тела, и мне приходилось изображать недобитого кузнечика, подпрыгивая, размахивая руками и при этом пошатываясь, словно матрос во время качки, поскольку ядреный ‘чаек’, как выяснилось, не пощадил мой вестибулярный аппарат.
Наверняка со стороны зрелище выглядело забавным, однако лично мне так не казалось. От испытываемой досады и жгучего стыда я был готов провалиться сквозь землю. Великий маг, называется! Силы дохрена и трошки, а ни одного подходящего случаю заклинания вспомнить не способен! К счастью, спустя десяток ‘шагов’ меня осенило, и я сподобился позвать верного домовика. Возникнув передо мной, ушастик, заламывая руки, с места в карьер принялся оправдываться:
— Господин директор, Ниппи еще не закончил работу! В комнате слишком много вещей, а Ниппи один…
— Стоп! —
