Два черных как уголь гаррида мчались по широкому торговому тракту, соединяющему город Равн и Истр. Брызги из луж, оставленных после себя ночным дождем, разлетались из под их лап радужным веером, иногда попадая на зазевавшихся путиков. Гарриды мчались, расправив крылья, они изредка разгонялись, продолжая после этого полу полет полу бег работой ног для поддержания скорости. Сорок километров до отворота к храму Хранителей они преодолели за неполный час и, высадив своих седоков, развернулись в обратном направление к своему постоянному месту обитания: Ромадинской пустоши.
Авторы: Хорт Игорь Анатольевич
конструкцию магической энергией, активировали заклинание. Это оказался ‘Огненный голем’, это заклинание я видел первый раз. За городской стеной в рядах штурмующих вспыхнул огромный огненный шар, трансформировался в огненную семиметровую фигуру с руками, ногами, но без головы. Голем, размахивая конечностями, быстро проредил ряды штурмующих. Вздулся огромный синий шар над шатрами, полетел в голема, пробил его защитное поле и развалил голема на части. Вторая группа городских магов создала огненную стену и отправила в ряды кочевников. Рядом с ‘огненной стеной’ взвился ветер, поднял песок и камни, остановил своим напором продвижение огня в сторону шлихов. ‘Огненная стена’ остановилась, штурмующие шлихи ее обходили с двух сторон и шли на штурм. Стена огня прогорела и минут через десять погасла.
Из лагеря шлихов вышли, потрясая посохами и танцуя, шаманы, я увидел ментальную магию в действии. Десяток шаманов подняли тонкое пятиметровой длины бревнышко, раскрашенное в разные цвета. Эта поющая и кривляющая братия подошла на лигу к башне городской стены, в месте с засыпанным рвом, и начала его раскачивать. Пение постепенно переросло в вой, потом в визг.
— Ииииийя! — Я ‘увидел’, как сформировалось мощное ментально бревно, в диаметре пяти метров и ударило в башню.
В разные стороны полетел камень, стена треснула.
— Ииииийя! — Удар ментального бревна снес верхушку башни и стена начала проваливаться внутрь.
— Ииииийя! — Удар развалил башню.
Городская катапульта выстрелила камнями в сторону шаманов. Камни ударились о защитную стену, которую держал один из шаманов, но не пробили ее. Шаман, как подкошенный рухнул на землю.
— Ииииийя! — Удар развалил стену, образуя небольшой проход.
Вторая катапульта отправила в полет камни в шаманов, еще два шамана рухнули на землю, но их ментальный щит выдержал.
— Ииииийя! — Удар развалил кусок стены, брешь была не меньше двенадцати метров шириной.
— Ииииийя! — Брешь расшилась еще на пять метров.
Сработала катапульта, трое шаманов вышли из дела.
— Ииииийя! — Удар был слабее, брешь расширилась всего на два метра, шаманы без сил попадали на землю…
— Ургалага! — Завопили шлихи и кинулись к бреши.
С внутренней стороны к ней бежали ополченцы и я с моим отрядом гаудов. Мы успели первыми, удар шлихов был страшен. Они лезли как тараканы из всех щелей, ни я, ни гауды не успевали их рубить, в пробое мгновенно выросла гора трупов шлихов. Мы стояли насмерть. Четыре меча каждого гауда превратились в вихрь, ошметки шлихов и кровь полетели во все стороны. Я, конечно, не мог за ними угнаться, но за пару минут отправил к праотцам не меньше сорока кочевников, тренировки и каты для меня не прошли даром, мечи секли и секли живую плоть, летая молниями вокруг меня. Кучи тел заставили нас отступить на два шага, по команде Лахта и мы опять встали как скала. Опять полилась кровь, полетели куски рук и головы, обагряя все вокруг кровью. Опять команда Лахта, опять два шага назад, опять кровь и рассеченные тела. Время для меня остановилось, мечи замерли в руках, резко ускорившись, я пошел вперед, ступая по трупам и поднимаясь к пролому.
— Гауда! — Взревели гауды, и пошли за мной вперед.
— Перевал! — Свежая сотня наемников и стражей, сходу вошла в бой, мы смогли выбить шлихов со своей стороны пролома.
Бешеная атака пролома шлихов захлебывалась в крови. Гора трупов росла, не принося им успеха. Подошли два мага, и отправили в сторону кочевников небольшую, но мощную огненную стену. Огонь пошел на встречу шлихам выжирая брешь в наступающих. Рубка продолжалась, напор шлихов уменьшился. Меня и гаудов сменили, я рухнул на колени, меня подхватил Лахт с помощником, оттащил в сторону от боя. Перед глазами полетели звездочки и черные мухи. Горькая тягучая маслянистая жидкость из флакона обожгла мой рот и пищевод, покатилась в желудок. Рядом на труп шлиха сел Лахт.
— Будешь? — Я протянул гауду флакон с концентратом тонизирующего настоя.
— Что это?
— Дрянь преизрядная, но помогает восстановить силы. — Гауд взял флакон и сделал глоток, лицо скривилось.
— Вот гадость, как пробирает! — Лахт хватал ртом воздух.
— Спирт и травы! Больше ни чего. Через двадцать минут подействует. — Хмыкнул я.
— Барон, ты хорош в деле. — Лахт откинулся на стену, из горла трупа от его движения закапала кровь. — Откуда такое умение во владении мечами? Друручник-человек редкость.
Я запил вином из фляги ‘лекарство’, протянул Гауду, тот взял, вылил остатки себе в рот, прополоскав его, проглотил.
— Имея две руки, ты не отставал от нас гаудов! Даже смог пойти в наступление! — Улыбнулся мне гауд. — Я рад встретить
