Стать магом по воле сказочного существа — это приятно. А вот то, что джинн принял простую шутку за настоящее желание – совсем даже наоборот. И вот главный герой с новообретённым магическим талантом оказывается в прошлом Земли перед самым началом страшной войны, унёсшей десятки миллионов жизней. Вот только здесь её величество Судьба решила втравить героя в новые передряги. В результате он оказывается в руках космических работорговцев, для которых войны в диких мирах — золотое дно.
Авторы: Михаил Баковец
Глава 9
Операция, которую я провернул на складах, разом помогла вооружить и одеть бойцов «семьдесят пятой», в том числе и добровольное ополчение, заставляющее кривиться лица кадровых командиров видом гражданских пиджаков, рубашек и кепок. А уж продовольствию командование дивизии было радо, мягко говоря, до соплей!
Часть имущества будет передана на днях Коршу и Рогачёву, как поступали ранее. Им было хоть и легче, так как обороняли те направления, где немцам было тяжелее наступать, но зато с ними не было меня. К тому же, получив по зубам на нашем рубеже, гитлеровцы переключались на морячков и ополченцев.
Кроме того, мне удалось настоять на том, чтобы в тот же вечер отправить группу разведчиков с амулетами в тыл к немцам, в поисках их штабов. Ушли восемь человек, все опытные, не молодые, трое успели повоевать в Зимнюю кампанию, четверо были сержантами и лейтенантом, остальные рядовыми, но опытом могли поделиться со своими командирами щедро.
Ночью немецкие бомбардировщики попытались оставить нас без имущества, но я их уже ждал. И едва в воздухе загудели их моторы, как в ту сторону понеслись два абмирутаруами, которые закрутили среди «хенкелей»-высотников бурю с молниями и ледяным градом.
— Так вам, суки, — злорадно произнёс я, увидев, как высоко над головой полыхнули несколько огненных вспышек и в какофонию грома вплелись взрывы. Духи сумели подорвать у части самолётов бомбы в укладке бомболюков, а остальные бомбардировщики отправили к земле, закрутив в штопоре.
Я уже подумал, что больше гитлеровцы не решатся побеспокоить наши позиции, но увы – ошибся.
В четвертом часу, когда вот-вот уже должен был наступить рассвет, за линией передовых траншей, можно сказать, что в тылу, вспыхнула перестрелка, которая доросла до использования гранат. И самое главное, что всё это происходило, чуть ли не рядом с моей палаткой, меньше чем в трёхстах метрах от меня. Сам бы я внимания не обратил на шум, который надёжно отсекался чарами, наложенными на моё жильё. Разбудил меня часовой, которой постоянно находился рядом по настоянию Невнегина и Маслова, которые давили, что мне по статусу положен боец с винтовкой. Пришлось согласиться и даже вручить амулет, который давал разрешение миновать некоторые охранные чары. Этот волшебный предмет был снабжён драгоценным камнем и не нуждался в периодической подпитке маной, как большинство амулетов, что я создал к этому времени. Ну, и ещё он передавался от часового к часовому во время пересменки. За этим следил кто-то из командиров, выполняющих роль разводящего постов на особо важных объектах: у моей палатки, возле командного блиндажа, возле палаток комдива и дивизионного комиссара.
Узнав, что происходит, я заскочил в штаны, накинул на голое тело куртку, сунул ноги в ботинки и бросился в сторону разгоревшейся перестрелки с начала которой, по словам часового, оставшегося возле пустой палатки, не прошло и двух минут. Оказавшись рядом с местом боя, где уже дошло дело до рукопашной, в которой сошлись несколько десятков человек, я приложил их массовым параличом.
Досталось всем – нашим-ненашим, и тем, кто прибежал на шум и оказался рядом с дерущимися. Я специально расширил площадь заклинания, чтобы не дать убежать кому-то из врагов и на тот случай, если кто-то из них затаился в сторонке.
— Не сметь! – рявкнул я, когда увидел, как один из красноармейцев занёс штык СВТ над неподвижным телом в пятнистой чужой форме.
— Так это ж фашист, ихний диверсант, — удивлённо произнёс тот, но оружие от лежачего отвёл. – Эвон наших скока побили гады енти.
— Не ты его взял в плен, не тебе и приговор выносить. Или считаешь, что можешь такое себе позволить? – процедил я.
— Нет, нет, — замотал тот головой, а потом заторопился затеряться в толпе бойцов.
«Балбесы, блин, кого допрашивать, если всех перебить сейчас? – мысленно вздохнул я. – А допрашивать нужно, иначе как узнать, почему часовые не заметили такую толпу».
Дальше началась сортировка парализованных тел, причём я приказал связывать всех немцев и бойцов в красноармейской форме, если те незнакомы. Потом разберёмся.
Отдых был испорчен. Какой уж тут сон, когда чуть ли не в центре расположения оказались враги. И как они вообще сумели проскользнуть мимо секретов, где имелся боец с амулетом, отводящим взгляды? Причём он был один, чтобы напарник или товарищи не выдали его своим присутствием.
Ночная вражеская вылазка стоила нам семи убитых и двенадцати раненых. Захватить в плен удалось девятерых немцев, погибло в ходе короткой стычке ещё шестеро «камуфляжных».
