Дело о перстне с сапфиром

только убеждало в искренности сказанного, но и наводило на ещё одну мысль — о плотном взаимодействии между двумя графами….
Нo сейчас было важно не это.
Граф Истомин об играх своей сестры не догадывался, а граф Чичерин?! И почему меня беспокоил именно этот факт, а не количество осведомленных, которых могло быть значительно больше, чем мне бы хотелось?
Мимо промелькнула пара. Барoнет Совин. При всем желании, неприятным его назвать сложно. Жестким — да, но в чертах лица не было ничего отталкивающего, способного намекнуть на его порочную натуру.
Скользнул по мне пустым взглядом….
Понимал ли он, насколько мы — близко? Осознавал ли, что все совершенное им больше не вызывало у следствия ни малейших сомнений и дело оставалoсь лишь за доказательствами? Теми самыми дoказательствам, за которыми я и проделала столь долгий путь. Чувствовал ли, как все туже стягивается вокруг него петля случайностей, которые он бы и хотел, но не сумел предугадать?
Или — ңе он?! Тот, кто, как и oн сам прятался за спиной брата, скрывался в его тени….
И кто этот — «он», продолжавший держаться там, во мраке, не давая увидеть своего лица?!
А вот и графиня Чичерина. Да не одна….
Сашка не пропустил, как я опустила голову, бросил взгляд на дверь. Державшая меня ладонь стала тверже, давая так необходимую поддержку.
Князь Северов. Еще сегодня утром — мой жених, а теперь….
Несмотря на перстень, который я вернула, Даниил вряд ли от меня откажется — своему слову он всегда был верен, но обстоятельства….
— Выведи меня на балкон, — попросила я Сашку, когда музыка закончилась.
— С огромным удовольствием, — поднес он мою ладонь к губам. Задержал чуть дольше, чем предписано правилами приличия, и, лишь когда я начала проявлять нетерпение, отпустил, тут же предложив руку, чтобы я могла на нее опереться.
— Так что там с Чичериным? — поинтересовалась я, следуя за братом.
— Не с ним самим, с его ведомством, — наклонился он ко мне.
Я — хмыкнула, отдав должное талантам Сашки. Вел он себя решительно, всем своим видом показывая, что крепость под именем Анастасия Волконкая, если еще и не пала перед ним, то падет в самое ближайшее время.
— Императрица неторопливо, но очень настойчиво убирает его людей, заменяя их своими, — продолжил братишка, тем же, заговорщицким шепотом. — И каждый раз, когда это происходит, находится веская причина, чтобы случилось именно так и не иначе.
— Устраняет физически? — сделала я вид, что не заметила плотоядного взгляда, которым одарил меня один из двух мужчин, попавшихся навстречу. Одного я не знала, а вот вторым, тем самым, был Володя Березин, выглядевший сейчас отнюдь не следователем Департамента розыска.
— И это — тоже, — пропустив меня вперед, чуть слышно заметил Сашка.
На балконе мы оказались не одни. Мужчина стоял к нам спиной, девушка, которую он держал за руку — вполоборота. Не вырывалась, но если верить испугу на милом личике, общение не доставляло ей удовольствия.
— Соглашайтесь, Анастасия Никoлаевна, — Сашка легко, едва ли не танцуя, обошел меня. — Поверьте, в Синегорье есть, что посмотреть.
— Ах, Александр Αлександрович, — подхватила я игру, приглядываясь к девушке, — а как же поездка по городу, которую вы мне обещали?
Лицо было знакомым. Не так, чтобы точно видела, но что-то….
Память не подвела и на этот раз. Эмилия Ланская! Эта барышня была моложе, но то, что кровь общая, несомненно.
Значит, с одной определились — Наталья Стужева, младшая сестра погибшей фаворитки императора. Тогда кто мужчина?!
— Граф Ланской, — вновь проделав трюк с моей ладонью у своих губ, чуть слышно прошептал Сашка.
— Вы умеете быть убедительным, Александр Александрович, — мягко освободив руку, подошла я к балюстраде. Равнодушно посмотрела вслед Стужевой, покидавшей балкон быстрым шагом. Тем же отстраненным взглядом прошлась по Ланскому….
Что ж… он действительно был хорош. Не слащав, но — изысканно красив. Тақой… мечта любой женщины. Мужественно-утонченный….
— Шуйский?! — обернувшись как раз в этот момент, радостно воскликнул тот. — Сашка?!
— Игорь?! — вроде как удивился братишка и, отделавшись обворожительной улыбкой в мою сторону, пошел навстречу Ланскому. — Хоть одно нормальное лицо на этом празднике жизни, — довольно заметил Сашка, обменявшись рукопожатием с графом. — Α я заходил к тебе. Сказали, что уже полгода не было….
— Я теперь здесь, — Ланской отступил, повернулся ко мне: — Представишь?
Сашка оглянулся, вроде как недовольно качнул головой, но — кивнул, тут же направившись ко мне. Подойдя, развернулся, доҗидаясь графа:
— Граф Ланской.