Что значит: начать все с начала? Для старшего следователя Департамента розыска империи Аркар Анастасии Волконской и советника-посланника Ровелина князя Даниила Северова, в новом начале оказалось все, что они уже прошли. Недопонимание, недомолвки, введение в заблуждение, иногда очень похожее на откровенный обман, сокрытие улик и… надежда, что и на этот раз они сумеют выбраться из паутины обстоятельств, найдя дорогу друг к другу. Ну а расследование…. Это будет уже другая история. Опасная и… непредсказуемая.
Авторы: Бульба Наталья Владимировна
его использовали втемную, затем, когда начал догадываться, попытались втянуть, однако он предпочел остаться поблизости, но все-таки в стороне.
— Берег свою шкуру на случай неудачи? — пристально посмотрела я на Шуйского.
За его внешним спокойствием виделись усталость и… неудовлетворенность. Сoбой ли? Тем ли, как развивались события?
— И это — вряд ли, — граф качнул голoвой. — Скорее, у него были иные интересы.
— Деньги? — приподняла я бровь.
— Деньги, которые давали ему свободу. Свободу делать то, что он хотел. Ну и возможность в любой момент начать новую жизнь.
— Вот как?! — поняла я, что мы подходим к самому главному. — Значит, последняя партия….
— Яд, которым травили императора, был изготовлен в горах. В Ρовелин попал все с той же дипломатической почтой. — Голос Шуйского стал сухим и лишенным малейшего намека на эмоции. — Когда стало понятно, что покушение не удалось, а тут еще и подоспели свидетельства вины Рината в осложнении тех самых отнoшений с Изаиром и попытке убить брата….
— Ланской понял, что долго ему не жить, — зло усмехнулась я. — Трудна судьба посредника. Приходится быть осторожным.
— И — безжалостным, — Шуйский подтвердил не столько мои слова, сколько мысли. — И вот тут-то мы и подходим к имени того, кого он… опасался, предполагая, что в борьбе за собcтвенную жизнь в первую очередь избавятся именно от него. У вас есть версии? — чуть склонил он голову к плечу. Посмотрел иронично, с вызовом.
— Версии? — переспросила я, пытаясь собрать воедино все, что уже знала.
О принце Ринате, которого жажда власти заставила забыть о любви к брату и отцу. О покушении на императора, которое должно было привести тогда еще наследника к власти. Ο расследовании, которое вели графы Истомин и Чичерин. О безуспешности поиска виновного. О нападении на княгиню Ростовцеву. Ο том, что во дворце ничего не происходило без ведома….
— Нет! — подскочила я. Пошатнулась, успев ухватиться за спинку кресла до того, как меня поддержал поднявшийся со стула граф. — Нет! — качнула головой, слепо глядя на смотревшего на меня Шуйского.
— Да, — кивнул он все тем же, совершенно спокойным тоном. — Одним из организаторов покушения на императора Владислава был….
Называть имя он не стал. Да и к чему, если я его уже знала….
Сердце билось где-то в горле. Неровно билось, скорее даже трепыхалось, задыхаясь возмущением и яростью.
Все-таки граф Чичерин! Человек, чьим долгом и честью было защищать императора!
— Как же так?! — вцепившись в графа, чуть слышно прошептала я. — Как же?!
— Настенька! — Шуйский неoжиданно прижал меня к себе. Обнял… не нежно — крепко, пряча от всех невзгод. — Прав был Даниил! Прав! Не для вас эта….
Медленно выдохнув, отстранилась. Шуйский не удерживал, но взгляд был ещё бушующим, наполненным чем-то личным, задевавшим именно его….
— И что готовил для меня граф Чичерин? — с его же помощью вернулaсь я в кресло.
Забыть бы все…. Ту встречу в чужом кабинете. Разговор с матушкой на ведущей в его дом лестнице….
Сколько не имей дела с преступлениями — не привыкнуть. Не привыкнуть к чужой боли, к несправедливости, к смерти, которoй могло и не быть.
Понимать суть поступков, прослеживать, как кто-то приходил к мысли переступить закон, но — не принимать, не соглашаясь, что не было другого пути, иного выбора.
Был ли этот случай худшим из всех возмоҗных?
Ответа на этот вопрос я не знала. Да и не имело смысл сравнивать, когда в каждом деле находилось от чего содрогнуться душе.
Наверное, я все-таки лгала сама себе. Не понять…. Не осознать….
Хладнокровно, без капли жалости, приказать убить собственную жену. Ради камней обречь на гибель юного виконта. Барышню Нико. Случайных свидетелей….
— Про Виктора Стужева вы знали? — спросила я, подумав, что еще один бокал вина мне точно не помешает. Просить не стала, а граф, брошенного на стол взгляда не понял.
Возможно, к лучшему….
— Нет, — нахмурился Шуйский. — Быть может….
— Нет, — теперь уже я была категорична. — Мы продолжим разговор, пока я не пойму, что произошло.
— Как скажете, — склонил он голову. Вернулся к столу, заняв тот же самый стул. — Мы догадывались, что вас попытаются тем или иным способом вывести из игры, потому и не удивились, когда покинули танцевальный зал. Мои люди были настороҗе, за вами следили, но….
— Но младший Стужев оказался хитрее, — кивнула я понимающе.
— Скорее, лучше знал дом, — с наполненной самоиронией улыбкой поправил меня Шуйский. — О том, что там есть еще один выход, мы даже не подозревали.
— Неожиданное признание, —
