Что значит: начать все с начала? Для старшего следователя Департамента розыска империи Аркар Анастасии Волконской и советника-посланника Ровелина князя Даниила Северова, в новом начале оказалось все, что они уже прошли. Недопонимание, недомолвки, введение в заблуждение, иногда очень похожее на откровенный обман, сокрытие улик и… надежда, что и на этот раз они сумеют выбраться из паутины обстоятельств, найдя дорогу друг к другу. Ну а расследование…. Это будет уже другая история. Опасная и… непредсказуемая.
Авторы: Бульба Наталья Владимировна
моего друга…. Эти слова произнес Даниил, опознавая труп в ‘Птичке’.
Сын моего друга….
— Графу удалось выяснить, кто из служащих Вероссии участвовал в контрабанде? — ‘пожалела’ я Северова.
— Да, — князь отделался коротким ответом. Когда я, продолжая смотреть на него, так и не задала следующего вопроса, усмехнулся: — У него не было приказа на арест, только задание проследить цепочку.
— Которая оборвалась в Марикарде, — вздохнула я.
Сказано так много, а к самому главному мы подошли лишь теперь.
— Что?! — граф Джакс медленно поднялся.
Повторить то, что сказала, я не успела — отвлек раздавшийся стук в дверь.
— Прошу меня простить, господин Соул, — получив разрешение, в кабинет вошел Сванетти, — но мне срочно нужна госпожа Волконская. Данные экспертизы.
Я оглянулась на Фариха, тот — кивнул. Не будь что серьезное, вряд ли бы Николас проявил такую настойчивость.
— Господин граф… — Старший Джакс стоял слишком близко, не давая мне встать.
Тот сдвинулся, но продолжал все так же пристально смотреть на меня.
Что ж… на его месте, я бы тоже поддалась нетерпению. И не только на его. Про версию, где вор у вора из присутствующих кроме меня и Фариха никто не знал.
Князя Северова в этом раскладе я не считала. Ему была известна часть истории, но другая.
— Следы? — подойдя к Сванетти, взглядом показала на очередную папку у него под мышкой.
— Лучше, — едва наметил он улыбку. — Слепок.
— Тот самый? — не веря, вскинулась я, едва не подавившись вздохом от неожиданности.
— Он, — не без удовлетворения кивнул Николас. Подал мне папку. — Сначала ‘взяли’ на сломанной ветке, затем на стилете.
Значит, оружие уже вытащили…. Экспертам передали сразу, зная, насколько это важно, выявить все по свежачку.
— Как он?
— Не знаю, — Николас качнул головой, догадавшись, что спросила я о Шуйском. — Там такая защита…. Нам стилет на улицу вынесли, чтобы не потревожили ни одного плетения.
— Спасибо, — искренне поблагодарила я. И за одно, и за другое.
— Если будет еще что-то… — Он, не закончив, вышел из кабинета. Дверь прикрыл плотно, но с какой-то осторожностью, выдавая то, что крылось за уверенной собранностью, которую собой олицетворял.
Усталость! Та усталость, когда тело кажется чужим, требуя тщательно контролировать каждое движение. Когда перед глазами муть, а в голове метроном бьется мысль: я должен….
В жалости он не нуждался. Тем более в моей.
— Их было двое, — вернувшись, положила я папку на стол. Подняла взгляд на Северова, как и все остальные, смотревшего на меня. — Один — как мы изначально и предполагали, маг. Вряд ли высокоуровневый, но весьма искусный. Подданный Ровелина, имеет отношение к дипломатической службе. Воевал. К чужой смерти равнодушен. — Я сделала короткую паузу…. Как раз, собраться с духом. — Именно от его руки погибли графиня Ланская, виконт Рокалев и барышня Нико. Второй — либо слабый маг, либо — полностью лишен способностей. Силен. Ловок. Обладает определенными навыками, которые позволили ему нанести столь точный удар в сердце. На его совести посыльный из ‘Птички’ и граф Шуйский, с которым, скорее всего, знаком.
— И тогда нам остается дождаться, когда граф придет в себя… — голос графа Джакса был пропитан сарказмом.
— Предлагаете отправиться по домам? — улыбнувшись, ответила я тем же.
Выделенный Николасом слепок открыл во мне второе дыхание, наполнил азартом почуявшей добычу гончей.
Вопросов было еще ой, как много, но и ответов… их становилось все больше. Выстраданных, вырванных у неизвестности, честно заработанных ответов.
— Еще кофе? — сглаживая напряженный момент, поинтересовался Фарих.
Я, заглянув на художество Маркони, успевавшего не только протоколировать наш разговор, но и рисовать очередной портрет жены, качнула головой. Кофе больше не помогало, а нагружать сердце сильнее, чем это уже было, точно не стоило.
Северов в ответ на предложение Фариха, даже не шевельнулся, продолжая с непонятным выражением лица наблюдать за мной. Джакс тоже не двигался, но в его позе было слишком много от желания вытрясти из меня все, что мне известно.
Единственный, кто кроме меня хоть как-то отреагировал на предложение Фариха, был граф Паррей. Но и его действия выглядели несколько неожиданно. Вернувшись к столу, он присел, взял в руки свою, уже давно пустую чашку, посмотрел на донышко, прикрытое кофейной гущей и… вновь поставив, твердо сказал:
— Нет.
— Тогда вернемся к нашему допросу, — проигнорировав папеньку Сэма, буровившего меня взглядом, присела я. — Я остановилась
