Демид. Пенталогия

– К забегу! Да вы что, товарищи, не в курсе? Вы из какого общества?
– Я – из «Нетрудовых резервов». А вон тот битюг, – Дема кивнул на Табунщика, – из «Спиртака» приблудился.
– Понятно… – В желтых глазах человечка блеснула сумасшедшинка. – А я – Корнеев. Энгельмар Владиленович. Ну, я думаю, приступим!
– А обед? Вы должны…
– Все там, там… – Человечек замахал рукой. – На финише. Это уже другой район. Стадион «Гидротехник». Это их компэнтэнция!
Он провел на асфальте черту мелом и старательно нарисовал буквы: «СТАРТ». Потом повернулся к соревнующимся спиной и пошел к красному ящику, на котором было написано: «Песок. ЖЭО-14». Демид едва не расхохотался. Через дырку в штанах человечка высовывались два забавных поросячьих хвостика, каждый из которых вихлялся в собственном ритме. Табунщик потер руки.
– Догадываюсь, о чем ты сейчас думаешь, – фыркнул Демид. – Можно ли разорвать этого свиненка пополам, если дернуть за оба хвоста сразу? И зажарить. Я угадал?
– Иди к черту, – огрызнулся Абаси. – Я жрать хочу!
– Потерпи немного. Ты же слышал – там нас покормят. В крайнем случае, зайдем в магазин, стащим пару булочек.
Двухвостый тренер тем временем кончил возиться с замком на ящике, выдрав его с гвоздями, открыл крышку и извлек огромный пулемет Дегтярева – заржавленный и облепленный песком. Он прижал его к животу и направил ствол на путников.
– Вот тебе и обед, – разочарованно протянул Абаси. – Ну и порядки здесь: что ни шаг, то неприятность.
– А мне кажется, это что-то вроде стартового пистолета…
Демид не успел договорить – из дула вырвалось ослепительное пламя, и пули завжикали по асфальту у самых ног. Табунщик помчался по дороге, петляя, как заяц. Демид бросился за ним. Через полминуты идиот с пулеметом остался далеко позади. Он палил в небо, хохотал и оглашал улицу радостными воплями: «Да здравствует спорт – посол дружбы и солидарности трудящихся! О спорт, ты – мир!!!»
– Ну что, так и будем бежать? – Табунщик снизил темп, и Дема затрусил рядом. – Что мы несемся как оглашенные? Может быть, это соревнования по спортивной ходьбе? И мы с тобой правила нарушаем?
– Я бы предпочел водные лыжи. Где-нибудь на бугском лимане. Впрочем, ты можешь идти потихонечку, Табунщик. А я побегу дальше. Я чую, что финиш уже недалеко.
– Нет уж, черта с два! – Табунщик прибавил ходу. – Похоже, что ты, человек, стал чувствовать себя в этом дурном мире увереннее, чем я. Поэтому придется приглядывать за тобой до конца!
«… И вот они наконец-то показались на наших телеэкранах! – Десятки громкоговорителей на столбах закаркали так, что заложило уши. – Наши доблестные рыцари беговой дорожки, слава отечественного спорта! Вот они бегут, и вы знаете, дорогие телезрители, складывается впечатление, что пройденные километры не оставили следа на их лицах – как всегда, решительных и настроенных на победу. Совсем немного осталось до стадиона! А там – последний рывок! Кто же из этих выдающихся спортсменов станет чемпионом? Кому достанется замечательная награда – волшебный ключ из драгметаллов, изготовленный умельцами нашего города? Мы знаем, что для этих людей наш ключ – не просто символ победы. Не только в переносном, но и в буквальном смысле – это ключ к решению проблем выигравшего соревнование!»
Табунщик засопел и увеличил скорость. Дема несся, отставая от него на полшага. Он был достаточно опытным бегуном и не спешил брать на себя бремя лидера.
Наверное, они действительно попали в другой район города, потому что все снова переменилось. Они бежали уже не по асфальту, а по древней дороге из базальтовых плит. В трещинах пробивалась жухлая трава. Бесчисленные конные повозки, сотни лет дребезжавшие по дороге, оставили в камне глубокие колеи. Дома по сторонам исчезли, сменившись оливковыми рощицами и идиллическими лугами, кое-где виднелись белые известняковые развалины с колоннами, живописно подпирающими небо. Путь их лежал, без сомнения, к циклопическому сооружению – точной копии римского Колизея, только мертвенно-черного цвета. Демид сморщился – от руин стадиона веяло могильным холодом. Но другого пути не было. К тому же над аркой входа реяло полотнище с лозунгом: «Si vis pacem, para bellum»* [«Хочешь мира – готовься к войне» (лат.)].
Табунщик мчался, как ракета. Огромное тело его забыло усталость, Абаси выжимал из него последние остатки сил, заставляя работать, как машину. Демид отставал все больше, не в силах держать убийственный темп. Испытания последних дней, голод и дикая жажда навалились все разом. Демиду казалось, что каждый шаг разрывает его мышцы, болью отдаваясь в позвоночнике, голове, иссушенных легких.
Они вбежали на растрескавшуюся