Демид. Пенталогия

пожал плечами и сделал два больших глотка из горлышка.
Наверное, нужно было позавтракать. Но Демид спешил. Он знал – только движение может спасти их после такой ночи. Разогреть, разогнать кровь по обмороженным конечностям. Старик тоже знал это. Поэтому он взвалил на спину рюкзак, уменьшивший свой объем в два раза за последние пять дней, и побрел за Защитником.
Пять дней назад они в последний раз ночевали в человеческом жилище. В зимовье старого охотника Кайши. Кайша был так же стар, как Ван, и походил на него своим желтым скуластым лицом и невыразительными узкими глазами. Он принял нежданных гостей без удивления, только покачал головой, когда они ввалились в дверь – обмороженные, едва живые, похожие на медведей-шатунов в своих косматых полярных комбинезонах.
– Однако, не время сейчас по горам идти, – заметил он, когда Ван и Демид переоделись, согрели у огня ноги и сели за стол. – Шибко плохой время, однако. Бурхан злой нынче. Зачем идешь?
– Вот. – Демид достал измятую фотографию из-за пазухи и ткнул почерневшим пальцем в темное пятно на скале: – Сюда идем.
– Плохой место. – Кайша сворачивал козью ножку. Руки его дрожали, и махра бурыми крошками сыпалась на стол. – Шибко плохой. Не ходи, дурак. Сдохнешь.
– Ты знаешь это место?
– Все его знают. «Шайтанов глаз». Умный человек туда не ходит. Дурак ходит. И мрет. Пять человек мерло прошлый лето. Дурак-ки… – Охотник выпустил клуб сладковатого дыма. – А зимой? Не знаю, чтоб кто ходил. Зимой там и зверь не бывает.
– И все-таки один человек туда прошел, – настаивал Демид. – Месяц назад. Он не заходил к тебе?
– Нет. Никто не шел. – В глазах Кайши появился страх. – Зачем так говоришь? Никто туда не ходит.
– Врешь! – Демид перевесился через стол и схватил старика за грудки. – Ты охотник, Кайша? Я – тоже охотник! И не люблю, когда от меня скрывают мою добычу! Говори, или я из тебя дух вышибу!
– Не бей! – забормотал старик. – Не бей, парень! Я все скажу. Я тебе правда говорил, что не человек! Это не человек был!
– А кто же?
– Шайтан… Сам шайтан! – Лицо охотника скривилось от ужаса. – Он не велел мне говорить!
– Ты уже сказал! Как он выглядел?
– Как мертвяк. Он как мертвяк был…
– Как труп?
– Да! Он замерз совсем. Как лед. На нем одежда был совсем мало. Как летом. Штаны и рубашка. И туфли. Шапка – нет! Варежка – нет! Шуба – нет! А он смеялся. Много смеялся…
– Да, далеко наш Владик забрался, – сказал Демид. – Он сказал тебе, как его зовут?
– Нет. Он совсем недолго был. Он не хотел отмерзнуть. Он, когда у печки сел, портиться начал.
– Как?
– Ну, как мясо морозят? В снег кладешь, чтоб не портилось. А как отмерзать начнет, кушать надо. А то спортится. Он у печки сел, со мной говорил. Из него вода пошла. А потом рука отпала. Совсем.
– Рука отвалилась?
– Да. Вот тута. – Кайша показал на кисть. – На пол рука упала. Он смеялся только. Скоро, говорил, весь развалюсь. Ноги только не потерять. Идти надо. Говорю тебе, это мертвяк был.
– Да, веселенькие дела. – Демид сделал большой глоток красного чая и закашлялся. – Ван, давай спать ложиться. Нам отдохнуть надо. И согреться. А то, пока дойдем, сами в мертвяков превратимся…
– Парень! – В глазах Кайши неожиданно появилось нечто, напоминающее сочувствие. – Через перевал пойдешь, узел на веревке завяжи. Бурхану.
– Кто такой Бурхан?
– Бурхан, он там… – Охотник показал пальцем вверх. – Завяжи, а то не пропустит.

За пять дней, что последовали за этим, граница между жизнью и смертью и вправду перестала существовать для Вана. Демиду было легче. Наверное, если бы он заледенел и превратился в живой труп, наподобие Влада, он все равно так же упорно прокладывал бы лыжню к своей цели. Тай Ди Сянь, который сидел в нем, справился бы и с мертвым телом. Но Демид вовсе не собирался умирать. Он действовал как существо, полностью покорившееся Духу Мятежному, но Ван чувствовал, что где-то в глубине души Демид сохранил каплю человеческого. Он все еще любил свое тело и собирался вернуться домой. Ван не говорил с ним об этом, но надеялся, что это так. Потому что только это давало небольшой шанс выжить и ему, человеку Вану Вэю.
Демид неплохо подготовился к экспедиции. Вопреки ожиданиям Вана, они не сразу бросились в погоню за Абаси. Демид почти неделю колесил по Москве, закупая то, что считал нужным. С таким снаряжением можно было бы дойти и до Северного полюса. Но судьба играла против них. А может быть, это могущественный Абаси вредил им, с усмешкой наблюдал за сотни километров за их жалким барахтаньем в снегу и наслаждался своей растущей силой. Казалось, сама природа восстала против них. Температура