Куда ж тут деваться? Приходится крутиться. Во-первых, нужно выжить, во-вторых, нужно спасти тех людей, что тебе дороги (хотя бы их). Увы, трудно выбраться из трясины, оставшись самим собой. И уникальные способности, обретенные в ходе жизнеопасных передряг, уже не могут обрадовать. Справиться бы с ними…
Авторы: Плеханов Андрей Вячеславович
в азарт. – Оно конечно, плохо через энтий глазок-то видно. Но только я вот что скажу – собака была необычная. – Старушка подняла вверх указательный палец. – Шкура хоть и короткая, и грязная, только видно, что цвет у нее какой-то необнакновенный. Розовый, что у поросенка. А уж рожа-то, рожа была у этой животной как у черта!
– Вы думаете? – Демид все еще отказывался верить своим ушам.
– Христом Богом клянусь! – Бабуля поправила толстые очки, за отсутствием одной из дужек приделанные к голове бельевой резинкой. – Я, оно конечно, подробностей не помню. Только как глянул на меня этот черт, прямо скрозь глазок-то, как кипятком меня окатило! Отпрянула я, насилу чуть не упала. Аж сердце затрепыхало. Я пошла корвалол пить, а потом думаю: «Дай-кось позвоню в милицию». А ведь телефона-то у меня и нету! Опять же к тебе, Дема, надо идтить. А как тут выйдешь-то? Хошь плачь! Выглянула я обратно, а ничего и не видно. Глазок-то с той стороны вроде как кровью замазан! Как я тогда инфаркту не хватила, просто не знаю!
Клавдия Степановна плюхнулась обратно на скамейку, слегка придавив остальных старушек, и схватилась за сердце.
– А это, значит, утресь спускаюсь я, значит, за хлебом, – вступила в разговор Дуся – сморщенная бабулька без отчества, но в валенках с галошами. – А на площадке-то вашей. Господь ты мой, такая вонишша стоит, словно, прости Господи, помер кто. Я к Клаве и торкнулась. А Клава-то мне, вишь ты, и не открыват! Кричит истошным криком из-за двери: «Изыди, Сатана окаянная, в ад! А не то милицию вызову!» Ладно, хоть муж ейный, Лукьяныч, с работы возвращался. Он ведь сторожем работает. У его ключ был, он дверь-то и открыл. Так Клавка-то там стоит со швабером! Обороняться собралась! Вот испужалась-то как!
– Ясно. – Настроение Демида, и без того паскудное, превратилось в маленькую кучку навоза. А ему-то чем обороняться? Швабером?
– А опосля этого мы собралися, значит, – Клавдия Степановна снова воспряла духом, – и пошли к председательше. У нее ведь дверь-то давно запасена стоит в подвале. В прошлую зиму еще денежки собирали, помнишь? И говорим: «Ставь, значится, дверь-то, или мы к мэру жаловаться пойдем. Спасу никакого нет. И так народ довели, пенсию не плотют, а тут еще собаки розовые по площадкам валяются! В старые времена такого не было!» Ну, тут как раз сварщик Сережка трезвый приключился. Вот и поставили…
– Код какой? – мрачно поинтересовался Демид.
На лестничной площадке воняло уже меньше, но крепкий мертвецкий запах еще не выветрился.
Позапрошлый вечер. Король Крыс побывал здесь, как только сбежал из лаборатории.
«Дема, ты получил мой подарочек?»
* * *
Лека спала на диване. Вид у нее был измученный.
«Явилась. Где шлялась прошлой ночью, черт знает? Впрочем, это и к лучшему. Слава Богу, она не присутствовала при наших разборках с Антоновым».
Демид пошел на кухню. Пошарил в холодильнике, нашел пачку пельменей. Налил воды, поставил кастрюлю на огонь. Включил телевизор.
«Криминальная хроника нашего города, – сказала симпатичная девушка-ведущая. – Сегодня угнано пять машин, из них одна уже найдена. Семь автодорожных происшествий, четыре из них – в нетрезвом виде. Совершено двенадцать краж, из них три раскрыты по горячим следам. Студент сельхозакадемии пытался влезть в форточку, и был взят с поличным…»
Демид ковырял спичкой в зубах.
«…Найден труп женщины тридцати пяти-сорока лет. На теле – большое количество укусов и рваных ран. Можно было бы предположить, что женщина погибла в результате нападения одичавших собак, но родственники погибшей утверждают, что пропало также значительное количество золотых украшений. Кроме того, эксперты-криминалисты утверждают, что характер нанесенных повреждений не соответствует картине, типичной для укусов собак…»
«Надо было сжечь этого Короля Крыс. А если бы не получилось, взорвать вместе со всей лабораторией. Хотя кто знает, помогло бы это?..»
Демид встал и побрел в комнату. Есть пельмени ему расхотелось.
* * *
– Лека… – затормошил он свою подружку за плечо. – Лека, хватит спать.
– А? Что?.. – Лека испуганно взметнулась в постели. – А, это ты, Дем…
– Ты где была прошлой ночью? Почему домой не вернулась? Позвонить не могла?
– Я это… – Лека и сама плохо соображала, где она провела эту ночь. Кажется, в больнице. Вчера утром она пошла к своему доктору. Доктору Панкратову. И там вырубилась. Доктор сказал – «синкопальное состояние». Обморок с выпадением сознания. Интересно, куда оно выпадает? Доктор сказал, что сам не мог привести ее в чувство и поэтому привез ее в больницу. Она проснулась следующим утром в больничной палате, с иглой от капельницы в вене.
