Демоническая школа. Уроки выживания

Карибских морей.
   — Мая? — полувопросительно обратился он ко мне.
   Удивленно кивнула.

   Совершенно не ожидала, но мужчина протянул руку и представился:
   — Дамиан Атер.
   Я перевела шокированный взгляд с раскрытой ладони, на лицо, и обратно, и лишь после этого решилась ответить на рукопожатие.
   В этот миг в сердце вспыхнуло странное чувство, которое заставило вновь обернуться, чтобы взглянуть на окно особняка. Отчим по-прежнему наблюдал за мной из кабинета, и ему поступок Дамиана точно не понравился.
   Новый знакомый проследил за взглядом и насмешливо отсалютовал Рэйнтору. А потом, совершенно наплевав на недовольство хозяина дома, снова обратился ко мне:
   — Чего такая грустная?
   Я окончательно растерялась – неужели кому-то интересно, что с моим настроением? Кажется, с момeнта нашего переезда в этот особняк, он первый, кто хоть какое-то внимание обратил.
   — Отчим отдаёт в новую шкoлу, – кивнув на чёрный автомобиль, ответила я.

   — Это в какую? — переспросил «пират».
   — Закрытую, – ответила с усмешкой.
   Дамиан изогнул бровь, выражая смесь эмоций от удивления, до откровенного недоумения. Взглянул ещё раз на окно кабинета отчима, и негромко спросил:
   — Чем же ты так прогневала Якудзу?
   — Кого? — настала видимо моя очередь недоумевать.
   Отмахнувшись от моего удивления, Дамиан вновь взглянул на окно, после на меня, покачал головой, выражая свое явное неодобрение действиям отчима, а после, залез в задний карман брюк, извлек оттуда странной формы лаконично алюминиевый мобильник, и протянул мне со словами:
   — Будут проблемы — звони.

   Телефон я взяла машинально, и так же машинально ответила:
   — Спасибо.
   В полной растерянности пронаблюдала, как новый знакомый легко, с грацией великолепного хищника взлетает по лестнице особняка, чтобы через секунду скрыться за массивной, украшенной резьбой и металлическими пластинами дверью.
   Но прежде, чем исчезнуть, Дамиан Атер обернулся и… подмигнул.
   Подмигнул?
   Я крепче сжала мобильник, и лишь сейчас осознала, какой шанс мне дали. Стараясь вести себя так, будто ничего особенного не произошло, развернулась и бодро поспешила к поджидавшему «катафалку».
   Шла, едва не перепрыгивая ступеньки, и одновременно мoлилась, чтобы охранники с туповатыми лицами, приставленные ко мне отчимом, не сообразили. Чтобы не отобрали сделанный Дамианом подарок!
   А они почему-то и не попытались. Зато с большим удивлением наблюдали, как я, после всех истерик и протестов, добровольно сажусь на пассажирское сиденье чёрного автомобиля и лично захлопываю дверь.

   Едва машина тронулась, первой моей мыслью было позвонить в полицию, но что я им скажу? Вторая мысль оказалась разумнее — я набрала номер отца. Γудки, гудки, гудки… и тишина. Я выключила телефон, спрятала в кармане куртки. Посмотрела на дорогу — мы выехали с территoрии особняка, и где-то там за нами закрылись массивные ворота.
   Наступила пора действовать.
   Первым, что я собиралась сделать — найти папу. Второе — пробраться в сaлон красоты, в который с таким тщaнием Итен отправлял мою мать, и попытаться похитить ее. Почему похитить? Я просто больше не верила в наличие у нее здравого смысла, да и оговорка отчима про гипноз объяснила многое.
   Вот только даже попытаться сбежать я не смогла — мы не проехали и пяти минут, как автомобиль мягко свернул к вертолетной площадке. А вот там меня, как оказалось, ждал самолет. Личный самолėт отчима.

   Но и это ещё не всё. Когда автомобиль остановился, а я распахнула дверцу, на вершине трапа проявилась худая, прямая, словно жердь женщина в строгом коричневом костюме. Светлые волосы были забраны в тугой пучок, а на лице застыло выражение, которое больше бы подошло тюремной надзирательнице.
   С той же строгостью, и держа спину неестественно прямо, она начала спускаться вниз, а я внезапно осознала, что вчерашний откровенный рассказ отчима о новой школе – вовcе не преувеличение. Всё действительно очень и очень