— Доброе утро, — с очаровательной улыбкой говорит девушка.
— Доброе, — странно, при виде демонессы мое настроение внезапно приподнялось с отметки «Все достало». И начало устойчивый рост.
— Спасибо тебе еще раз за помощь, — кланяется она.
— Пустяки. Они мне не понравились. Удалось что-нибудь выяснить?
— По падшим есть непроверенная информация. В отношении вчерашних нападавших информация более полная и достоверная. Специальный Комитет — новое поколение японских магов, несут ответственность перед императором, но имеют тесные связи с американцами.
— То есть, их вполне могли подставить?
— Трудно сказать были ли они приманкой.
— Но почему похищать? Как демон-слуга ты связана со своим хозяином. А при отношении Гремори к своим слугам достаточно широко известно. В чем причин такого поведения?
— Тут не так все просто. Мало кто среди людей знает про демонов достаточно много. Разве что старые кланы Охотников что-то знают и потому не трогают нас. Да и простые люди не знают, что демоны могут обращать некоторых людей в низших демонов. Об этом неизвестно среди магов, но знают священники-экзорцисты, но они, как ты понимаешь, никогда не станут делиться информацией с язычниками и безбожниками.
— Это да. Церковь — сборище фанатиков. Спасибо за познавательную лекцию. Увидишь Риас, передавай привет.
— Обязательно.
Если утро началось через пятую точку, то и весь день будет таким. В классе меня ждали. Все эти дни я вполне успешно избегал попыток моего допроса любопытными. Но стоило мне расслабиться, как меня поймали. В классе помимо самого класса оказались еще и журналисты. И больше всего меня бесит одна коротко стриженная девчонка — Эндо Миура, глава клуба журналистики. Она самая упорная в поиске правды. Если она ко мне прицепится, отодрать ее будет непросто.
Где-то во мне вяло шевельнулась Ярость. Ну да, Эндо явно не враг, скорее раздражитель. Чего на нее кидаться? Хотя сознание нарисовало картину — Миура с вырванным сердцем.
— Попался! — радостно выкрикнула девушка.
— Нет, не попался.
— Не суть. Новичок, за эти несколько недель ты стал самой горячей новостью нашей Академии.
Ага, давай. Знали бы они насколько горячей. Вот бы удивились.
— В тебе полно загадок. Ты красив, обаятелен.
Чего, чего? Она перегрелась? Я самый обычный по внешности. Хотя среди японцев выделяюсь, это да.
— Ты превосходно играешь на гитаре. Прекрасно поешь. И ты до сих пор не дал интервью!
И не дам, обойдетесь. Не имею ни малейшего желания становиться для вас цирковой мартышкой.
— И наконец, самое важное! Тебя неоднократно видели в обществе Риас Гремори-семпая и Акено Химеджимы-семпая!! В каких вы отношениях?!
……
Чего?
От последнего пассажа я потерял дар речи. Ну, видели нас и что? Не понимаю. Что в этом такого? Да, мы не раз встречались в коридорах и разговаривали. Что такого? Или они решили, что…
— По порядку. Внешность у меня самая обычная, это уже вас, девушки, от экзотики прет. Я хорошо играю на гитаре потому, что три года ходил в музыкальную школу. Репертуар у моих песен — рок. Девушек, которым такое нравится — самый мизер. С указанными выше девушками я общаюсь потому, что они интересные собеседники. Все? Получила свое интервью? Тогда … ПРОВАЛИВАЙ!!! — рыкнул я на нее.
Весь клуб журналистики как ветром сдуло.
Обвожу мрачным взглядом класс. Все поняли, что меня сейчас лучше не трогать. Молодцы. Сажусь за свою парту, втыкаю наушники в уши и утыкаюсь лбом в скрещенные руки.
День в школе прошел относительно спокойно. На уроках меня не трогали. В клубе делать нечего, да и не собирался я сегодня туда идти. Единственным светлым моментом был приход Акено. Вот только это было на большой перемене и принесло проблем мне на хвост. Но на нее трудно обижаться.
Звонок. Сейчас большая перемена, так называемая «обеденная». Народ достает свои коробки с перекусом, друзья сдвигают парты вместе и сидят компанией. Поискать тихий и спокойный уголок и поспать там или сходить к автомату и купить что-нибудь выпить? Не успел я взвесить все за и против, как в кабинет зашла Акено. Демонесса секунду обводила класс глазами, пока не заметила меня. На щечках появился румянец(!). Она подошла, держа в руках коробку. Только не говорите мне…
— Максим, я заметила, что ты никогда не ешь. И поэтому решила в благодарность за твою помощь вчера приготовить тебе обед.
— Эм… Спасибо, конечно, но не стоило беспокоиться.
— Ну как же можно. Ты меня вчера спас.
После этих слов тихие шепотки переросли в громкие шепотки. И ведь ни словом не соврала.
