Демоны Антарктоса

— Вы можете снять капюшоны, — произнес тот же бас.
Меррилл повиновался и увидел, что сидит на полу рядом с дочерью. Комната показалась ему огромной, хотя для хозяев она наверняка была самой обычной. Стены украшали вырезанные в камне сцены сражений между древними племенами и нефилимами. На некоторых барельефах люди поклонялись исполинам, на других исполины поедали людей. Меррилл нашел даже изображение потопа, причем не одну лодку, а две. На первой плыл человек, вторую покрывали символы властителей Антарктоса, спасшихся от наводнения на его берегах.
На тронах посередине зала восседали четверо гигантов, другой мебели здесь не было. Они облачились в длинные свободные одеяния, лица скрывали маски. Меррилл сразу их узнал.
Первая изображала черную жутковатую морду шакала и соответствовала Анубису, египетскому богу подземного мира. Рядом с ним сидел высокий исполин в маске ибиса с длинным кривым клювом, Тот, бог письменности и знания, которого греки называли Гермесом; Меррилл знал, что его настоящее имя — Нингиззида, он приходился сыном шумерскому богу Энки, который устроился правее. Самый крупный из четверки, он носил высокую корону, закрывавшую большую часть лица, сквозь отверстия в маске посверкивали желтые глаза. В центре короны переплелись две змеи, современный символ медицины. А рядом с Энки… Сначала Меррилл не мог определить, кто это. Рыжие волосы гиганта были заплетены в свисавшие на плечи косы. Его лицо закрывал шлем с двумя изогнутыми рогами. Знак на нем напоминал молнию. Но только после того, как доктор рассмотрел огромный молот с гравировкой, он понял: перед ним Тор, норвежский бог грома. Его молот имел собственное имя: Мьёльнир. Меррилл смотрел на самых древних и могущественных языческих богов.
Он встал на ноги и помог подняться Мире. Четверо гигантов молча наблюдали за ним, они ждали, какой будет реакция людей. Меррилла охватил ужас, но монстры являли собой такое страшное зло, что он не сомневался — Бог на его стороне.
Мирабель повернулась к отцу:
— Расскажи им все, что они хотят знать.
Меррилл наморщил лоб.
— Зачем?
— Просто верь мне, папа. — Она умоляюще посмотрела на него. — И не спрашивай меня ни о чем.
— Я сделаю даже больше, — прошептал в ответ Меррилл. — Я расскажу им то, чего я, как они считают, знать не должен. — Он начал по очереди показывать на каждого и называть их по именам: — Анубис. Нингиззида. Энки. Тор.
Исполины зашевелились и начали переглядываться. Доктор сумел их поразить. Они медленно сняли маски и шлемы. У каждого на голове сиял широкий металлический обруч. Похоже, они не расставались с этим головным убором.
— Очень хорошо, сын Ноя, — сказал Энки, голос которого рокотал, точно водопад. — Но мы пока не знаем ваших имен.
— Я доктор Меррилл Кларк, — сказал он, шагнув вперед, и открыл рот, чтобы представить Миру, но она встала рядом с ним и быстро сказала:
— Мирабель Уитни.
— Расскажите, что вам известно об исполинах?
— Все, — ответил Меррилл.
— Быть может, ты поделишься с нами своими познаниями? — раздраженно рявкнул Энки.
Меррилл описал двойственное происхождение нефилимов, их попытки помешать будущему спасению человеческой расы и причину, которая их к этому побуждала: зависть к истинному бессмертию. Он продолжал складывать фрагменты головоломки, которые сам сумел увидеть и понять сравнительно недавно. Он поведал им о потопе и о том, как Ной спасся в ковчеге и как исполины перебрались в Антарктос. Сюда же вошла часть рассказа, ставшая известной доктору только сейчас: исполины снова пришли, хотя их стало гораздо меньше, не только в Ханаан, но и в другие места. Они создали древние мифы и религии. По мере того как этносы развивались и отказывались от прежних верований, многие гиганты, распространившиеся по всему миру, стали возвращаться в Антарктиду, чтобы дождаться подходящего момента для окончательного развращения человечества.
Однако те, что поменьше ростом, смешались с населением Земли и живут среди людей… дожидаясь своего часа. Они стали влиятельными людьми, славными воинами, вождями. И когда исполины царской крови, правители Антарктоса, нанесут удар, их поддержат полукровки и их потомки, рассеянные по всему свету. О том, каково их число, можно только гадать, но не вызывает сомнений, что это будет мощная армия. Заговор существует не одно столетие, и развязка близка.
Когда Энки согласно кивнул, Меррилл прикусил губу. Если он прав, то человеческой расе угрожает очень серьезная опасность. И тут доктора озарило — он вдруг понял, с кем имеет дело… и чего они хотят. И произнес нужные строки громко, медленно и четко, по мере того как они всплывали в его феноменальной