Его зовут Владимир Горский. Он сотрудник НКВД. После ряда жизненных перипетий, Владимир прибывает к новому месту службы в пограничный Брест. В июне 1941 года по приказу командования Горский отправлен в командировку на пограничную заставу. Помимо основного задания, ему придётся выполнить специальное задание на приграничной территории бывшей Польши. Утром 22 июня 1941 года пограничные наряды заставы обнаружив,что части Вермахта начали переправу через Буг вступают с ними в неравный бой. Ценой своих жизней пограничники пытаются остановить вражескую лавину, устремившуюся на родную землю. Вместе со всеми главный герой обороняет заставу. Содержит нецензурную брань.
Авторы: Самборский Вадим Леонтьевич
дома «Адвоката», запоминали, брали на заметку, потом задерживали. В ателье фотографировали всех проходящих мимо. Городишко местечковый, многие друг друга знают, на буднях по улицам мало кто гуляет. Горский сам написал в своих показаниях, что немного поторопился. Говорил на допросах, что видел несколько своих уличных фотографий, сделанных в разные дни. На одном из снимков его запечатлели, когда он задрал голову и смотрел на окна квартиры «Адвоката». При его аресте был обыск в доме, где он снимал жильё, но подозрительного ничего не нашли, кроме связки примитивных отмычек, которые лежали в лотке, вместе с другими слесарными инструментами. Деньги, документы и батареи были спрятаны в другом месте. Место тайника Горский подробно описал в своих показаниях, но заявил, что без него найти ничего не смогут… На допросах в «офензиве» агент «раскололся», что хотел ограбить квартиру, поэтому подолгу вертелся возле дома, вычисляя время, когда пана адвоката долго не будет дома.
А что, это очень хороший ход в такой ситуации! произносит Нарком.
Так точно! Им устраивали очную ставку, но безрезультатно. Отмычки и инструменты сработали на версию об ограблении. Рассказ о прогулках по улице и посиделках в парке тоже подтверждают слова о том, что «домушник» изучал обстановку и выискивал удобное окно, чтобы подломить хату… Он им так и сказал, что не знал о том, что по той улице часто ходить нельзя! Запретных знаков нигде не видно! Доказать шпионаж в пользу СССР они не смогли, хотя принимали его в «тех гостях» весьма чувствительно! Поляки всегда славились умением развязывать языки даже самым несговорчивым, но… с ним они выдохлись. Без приговора суда отправили на шесть месяцев в знаменитую тюрьму «Берузу Картузскую», известную всей Польше. В той тюрьме был самый безжалостный режим содержания подследственных и заключённых. Ему несказанно повезло, что 01 сентября 1939 года Германия напала на Польшу. При подходе передовых немецких частей охрана тюрьмы частично разбежалась, частично перебита зеками. Канцелярию, где хранились личные карточки заключённых, ушлые воры сразу же подожгли. А вот в полицейских бумагах городка факт задержания Горского, как предполагаемого агента большевиков, был отражён и его подлинность не вызывает сомнения. Наш агент выбрался из тюрьмы, на улицах города царит хаос, толпа грабит лавки и магазины. Горский раздобыл себе одежду, обувь, набрал продуктов на несколько дней пути и отправился навстречу нашим войскам — танкистам комбрига Кривошеина. Отсутствие документов, новая малоношеная одежда и обувь, запас продуктов, сыграли с ним злую шутку — наши проявили бдительность и «приняли» парня, заподозрив в нём польского шпиона. Несколько дней продержали в подвале, затем отправили в Минск… Круглов прервал свой доклад.
Ну что же! Прекрасно! Я всё примерно так себе и представлял. Нашему герою ещё повезло — смог выбраться, а сколько таких новичков пропали навсегда и без всяких вестей возвратив пенсне на своё место у переносицы, произносит Нарком и тут же спрашивает своего главного кадровика: С этим всё ясно! Что было дальше? Почему это дело так надолго зависло?
Комиссар ГБ III-го ранга с невозмутимым видом продолжает докладывать:
Мой предшественник и его люди виноваты лишь отчасти. Когда ВЫ товарищ Нарком отдали распоряжение разобраться в этом деле, в Минск на имя Наркома НКВД Белоруссии товарища Цанава был отправлен запрос, согласно которого Горского В.В. должны были этапировать в Москву на доследование в «Сухановку». Минские товарищи посадили подследственного в спецвагон для перевозки заключённых, поезда Москва-Минск. Такой вагон всегда подцепляется сразу же за паровозом или за вагоном со спецпочтой, дальше начинается нумерация пассажирских вагонов поезда. 05 ноября 1939 года в 03-50 скорый поезд N 12/11 Минск-Москва отбыл из Минска. Составом управляли машинист Иван Будкевич и помошник машиниста Игнат Мазур. За паровозом СУ был прицеплен вагон со спецпочтой, затем наш спецвагон, далее багажный вагон и остальные пассажирские вагоны. На всём протяжении маршрута следования скорый поезд делает всего три запланированные остановки. Не доезжая ж/д станции Смоленск, на перегоне от разъезда Днепровка и станции 4-го класса Катынь, на ж/д переезде Витебского шоссе, участок между деревнями Дубровка и Борок, произошла авария, из-за которой паровоз и несколько вагонов сошли с рельс, перевернулись и упали с насыпи в реку. Машинист не успел затормозить и протаранил стоящий на путях переезда, заглохший ГАЗ-ААА БЗ-38, произошёл сильный взрыв бензина, находившегося в цистерне. Бензозаправщик принадлежал Смоленской областной конторе «Нефтесбыт» и развозил для МТС заказанное топливо. Среди
